Ее разум боролся сам с собой. Ви не знала Таавина, не по-настоящему. Они невольно действовали вместе, и во время встреч она никогда не вступала с ним в физический контакт. И все же в его близости ощущалась какая-то правильность. Одно лишь его существование отражало то, чему Ви никогда не придавала значения и чего не понимала, то, что необъяснимым образом наполняло ее радостью и волнением.
– Что с тобой случилось? – Даже сейчас, когда она ощущала его настолько близко, слова казались далекими и приглушенными. Неужели он навсегда останется вне пределов ее досягаемости? Когда она вообще начала переживать об этом? – Это настоящая ты? Или просто очередной сон?
Ви не совсем понимала, что с ней произошло, поэтому не отвечала. Настоящее было окутано туманом. Она понимала лишь одно: ей легче, когда Таавин рядом. Его присутствие могло помочь пережить предстоящую долгую ночь.
– Ты слишком далеко. – Это точно. – Я не могу тебе помочь.
«Одно твое присутствие помогает», – подумала Ви, и слова прозвучали так, будто сорвались с ее губ. Его тело слегка сдвинулось, как будто грудь поднялась и опустилась со вздохом.
– Освободишь ли ты меня когда-нибудь от этой пытки? – тихо сетовал он. Ви показалось, он прошептал это ей прямо в ухо.
Слова эхом прозвучали в ее голове. Наполненные смыслом, они таили в себе глубокие эмоции, которым Ви даже не могла дать название. Ей захотелось повернуться и увидеть его, обнять, прикоснуться к нему. Она хотела сжечь его печали и открыть присущую лишь ему одному яркость.
Но на самом деле его там не было. Ее окружала лишь тьма, и с каждым мгновением он отдалялся от нее все дальше. Таавин то появлялся, то исчезал, как слабый пульс, который пропадал, как только она прикладывала к нему руку.
Возможно, его вообще никогда и не было рядом. Но она все еще чувствовала прикосновение его кожи. Все еще ощущала грубую вышивку его мундира под пальцами. Призрачные воспоминания о том, чего с ней никогда не случалось, были настолько точными, что она уже сомневалась, что именно реально, а что нет.
Медленно открыв глаза, Ви заморгала от яркого света.
Уже рассвело. Когда день успел прийти на смену ночи? Повернув голову, она почувствовала, как коснулась чего-то мягкого.
Это оказалась Джинджер, а мягкий участок ее тела, скорее всего, находился на животе.
– О силы Матери, принцесса, вы уже второй раз напугали меня до смерти! – стоило Джинджер увидеть, как Ви открыла глаза, она едва не подпрыгнула.
Ви продолжала рассматривать помещение. Руки покоились на одеяле; пуховый матрас, на котором она всегда лежала, был мягким. На комоде стояли портреты ее семьи, а на прикроватной тумбочке лежала шкатулка с письмами… Без сомнения, это была ее комната.
– Вам больно? – снова спросила Джинджер. По крайней мере, Ви так показалось. Она все еще плохо осознавала, что происходит.
– Нет, не чувствую никакой боли, – прохрипела она. – Есть дискомфорт, но не боль. – Почему она говорила таким голосом? Ви закрыла глаза и в темноте увидела светящиеся глаза человека на другом конце моста. – Мы в опасности.
– Принцесса, нет, я настаиваю, вы не можете сесть. – Джинджер подтолкнула ее лечь обратно. – Вы молоды и своевременно получили помощь… Вы быстро поправитесь, восстановится даже лицо. Но, дитя, во имя Матери, полежите хотя бы один день. Я целительница, а не богиня.
Ви позволила себе снова опуститься на подушки. Дымка начала рассеиваться. Она по-прежнему ощущала сонливость и вялость, однако винила в этом то зелье, которое Джинджер влила в нее, пока она была без сознания.
Если она лежала в постели, значит, не умерла. Следовательно, ей каким-то образом удалось спастись… Руки. Ее лицо столкнулось с деревом. Поднеся руку к перевязанной голове, Ви вздрогнула, в ушах раздался ужасный хруст.
Она выжила. А значит, мужчина с красными глазами мог вернуться, чтобы закончить начатое. Как и с седлом, он действовал под покровом ночи, считая, что ему удастся ускользнуть незамеченным, не вызвав подозрения.
– Насколько все плохо? – спросила Ви, наблюдая за тем, как Джинджер натирает мазью ее живот.
– Так же плохо, как и следовало ожидать. Но гораздо лучше, чем умереть, что случилось бы, если бы не Андру.
– Андру? – едва шевеля губами, прохрипела Ви.
– Он был на улице и видел, как вы упали. Сам едва не выпал из окна, когда ловил вас. Ушиб оба плеча, – пояснила Джинджер, словно прочитав ее мысли. – Обещайте, что остаток дня проведете в постели и не будете ходить никуда, кроме ванной. Поужинать можно и здесь. Я осмотрю вас утром, тогда, надеюсь, разрешу вставать и ходить по крайней мере по покоям. А пока, принцесса, если понадоблюсь, сразу зовите.
– Спасибо, Джинджер, так и сделаю.
Целительница застыла, явно о чем-то задумавшись. Затем на ее губах появилась игривая улыбка.
– Принцесса, если позволите, а кто такой Таавин?
– Откуда ты знаешь это имя? – Ви постаралась говорить спокойно, но ей не хотелось ни с кем делиться даже мыслями о Таавине.
Таавин. Достаточно было одного упоминания его имени, чтобы она поняла: он снился ей. Но подробности этого сна исчезли сразу после пробуждения. Ви не удавалось ничего вспомнить.