Ви окинула взглядом бесплодное поле. Вокруг грубых пней деревьев, выглядевших так, словно их искромсали на зубочистки, лежали похожие на надгробные плиты обломки. От великих гигантов Шалдана – росших с незапамятных времен деревьев – на земле осталась лишь обуглившаяся стружка.

От древа Матери остались одни опилки.

Ви практически ощущала во рту привкус горького пепла, все еще тлеющего от события, похожего на последствия битвы, намного превосходящей даже ужасные истории об осаде Сорициума во время Войны за Север. До нее донесся запах гнили, от которого Ви замутило: остатки того, что можно было назвать мужчинами и женщинами, были брошены на съедение птицам. Каждый труп застыл будучи в приступах агонии. Их открытые рты замерли в вечном крике. Широко распахнутые глаза были лишены всякого цвета – стали совершенно белыми и напоминали стекло. Глубокие борозды прорезали кожу в тех местах, где убитые вцеплялись ногтями в белые участки собственных тел, которые превратились в камень между венами все еще светящегося красного цвета.

Ви знала, что это и есть конечная цель Белой смерти: каменная, холодная агония, которая навечно удерживает человека в ловушке страданий.

Хрипя и пытаясь сдержать рвоту, Ви отчаянно пыталась сделать глоток свежего воздуха или услышать звук, позволяющий отвлечься от окружавшей ее мертвой тишины. Не было ничего, лишь смерть и безмолвие. Тогда она подняла взгляд к небу.

Небеса были разорваны.

Абсолютно черное, лишенное звезд небо разделяла кровавая полоса, по краям окаймленная белым. Между истекающими кровью осколкам вселенной виднелось извивающееся крылатое чудовище, длинными когтями разрывающее мир на части. Красные молнии трещали вокруг его тела, словно подпитываемые исчезающим миром.

Нечеткие ужасающие образы озвученных прорицателями воспоминаний всплыли в памяти Ви. Они говорили об апокалипсисе, Судном дне, когда все души будут призваны в царство Отца. Дне, когда само небо расколется, и миру, каким все его знали, придет конец. Но Ви никогда не слышала, чтобы эти истории рассказывали в таких ужасающих подробностях.

Дракон взревел, из-за чего мир содрогнулся и задрожал, хотя Ви не слышала этот звук. Возможно, Ви кричала, но в ушах по-прежнему стояла тишина. Чудовище обратило на нее пристальный взгляд, и она испытала то же чувство, которое возникло при взгляде на нее больного норю и человека с молниями из прошлого видения.

Он увидел ее и захотел найти.

Желая скрыться и стать меньше, она инстинктивно подняла руки. Ви желала, чтобы видение закончилось и она избавилась от ужасных картин. До сих пор ни одно видение не было настолько ужасающе ярким, и она понимала: у нее нет сил продолжать смотреть его.

– Хватит, прекратите! – Звук ее собственного голоса разорвал транс. Блаженная тьма, которую подарили закрывшиеся веки, оборвала видение, а когда Ви снова открыла глаза, мир предстал таким, каким она его знала. Зашатавшись, она опустилась на землю, не в силах продолжать стоять из-за дрожи в коленях. Пытаясь дышать сквозь прикрывающие рот пальцы и сдерживая крики ужаса, свидетелем которого стала, Ви продолжала ошарашенно взирать на то место, где только что пылал ее костер. Нет, конечно же, это была какая-то ошибка.

Невозможно, чтобы она увидела будущее. В этом нет никакого смысла.

Часто дыша, Ви наслаждалась звуком собственного дыхания и знакомой прохладной темнотой северной зимы. В поле ее зрения появилась пара освещенных бледными глифами сапог. Ви проследила вверх к замысловато расшитому мундиру, который всегда носил Таавин, а затем к шраму на щеке и глазам.

– Что ты видела? – сурово спросил он.

– Конец света. – Слова казались чужими, словно они слетали не с ее уст. Видение навсегда отпечаталось в разуме Ви и навсегда изменило ее.

– Расскажи мне все.

Ви максимально подробно пересказала видение. Несмотря на то что ей было сложно озвучивать те ужасные воспоминания, теперь она получила своего рода ясность. Избавившись от первоначального шока, она могла анализировать увиденное.

Закончив, Ви спросила:

– Этот темный бог, о котором ты говоришь, – Распиан и его последователи… Белая смерть… Они все связаны, да?

Она не желала видеть, как Таавин кивает. Впервые в жизни Ви мечтала ошибиться.

– Да.

Ви озвучила такую вереницу ругательств, что ее наставники точно покраснели бы. Таавин молчал, давая ей возможность выговориться. Ругательства приносили облегчение, но не помогали продвинуться вперед. Ви попыталась вспомнить все, что он сказал ей после последнего видения.

– Ты сказал, что эльфиры были заперты на Сальвидии?

– Так и было.

В прошедшем времени.

– Что изменилось? Почему все это происходит сейчас?