— Хорошая девочка, куколка. У тебя все хорошо получается, — он гладит меня по спине, и я понимаю, что плачу. — Почти готово.

Он хватает веревку, которой связаны мои руки, и заводит их мне за голову. Это заставляет меня оторвать лицо и грудь от дивана и принять сидячее положение на коленях, поджав под себя ноги. Из моих глаз текут слезы, а волосы прилипают к мокрому лицу.

Веревка на моих запястьях и то, что находится у меня в заднице, затягивается всё туже, и стон срывается с моих дрожащих губ.

— Вот и всё, Шарлотта. Именно этот звук я хочу услышать из твоих прекрасных уст.

Я почти ничего не вижу, только очертания предметов перед моими затуманенными, прикрытыми глазами. Секундой позже его руки оказываются на моем лице, и он откидывает мои волосы назад. Я быстро моргаю, давая волю новым слезам, и вижу, что теперь он сидит на диване передо мной, а я по-прежнему стою на коленях между его раздвинутых ног. Мои руки всё ещё подняты над головой, запрокинуты назад, а связанные запястья покоятся на затылке.

Я натягиваю их только для того, чтобы вскрикнуть, когда это приводит в движение то, что находится у меня в заднице.

— Что… что ты сделал? — я пробую ещё раз, но ничего не получается.

Уголки его губ слегка приподнимаются, а руки опускаются на мою шею. Просунув палец в кольцо ошейника, он притягивает меня к себе и наклоняется.

Хейдин

Приближаюсь к её лицу, и она начинает задыхаться, приоткрыв пухлые губы. Я удерживаю её на месте.

— Твои руки связаны за головой, а веревка прикреплена к анальному крючку, который я вставил в твою задницу.

Её полные слез глаза расширяются. Я притягиваю её ближе, сокращая расстояние между нами, и прижимаюсь к её губам. Она тут же целует меня в ответ. Без колебаний. Просто женщина, умоляющая, чтобы её трахнули, и нуждающаяся в том, чтобы её приняли. Она такая покорная, а это самое сексуальное, что я когда-либо видел. Я провел с ней неделю у себя дома и пользуюсь этим при каждом удобном случае.

Я протягиваю к ней свободную руку и поглаживаю её левую грудь. Я специально связал ей руки таким образом. Она стонет мне в рот, и я обхватываю пальцами её твердый сосок, сжимая его. Она пытается отстраниться, но я дергаю сильнее и проглатываю вырвавшийся крик.

Отстраняясь, она опускается передо мной на колени. Я отпускаю её воротник и провожу костяшками пальцев по её вздымающейся груди до того места, где обеими руками сжимаю соски.

— Чёрт, ты такая сексуальная.

— Хейдин, — шепчет она моё имя. Её голова запрокидывается, и я наблюдаю, как двигается её шея, когда она сглатывает.

Я шлепаю её по груди, и её тело вздрагивает. При каждом малейшем движении анальный крючок входит в неё. У неё есть выбор — ослабить напряжение на анальном крючке в своей заднице, что означает, что она должна отвести руки ещё дальше назад, или позволить рукам расслабиться и потянуть за крючок.

Снова шлепаю по груди, с каждым разом всё сильнее, пока она не начинает выкрикивать моё имя. Её грудь покраснела, и она опустила голову, когда из самых красивых глаз, которые я когда-либо видел, потекли слезы. Они насыщенного королевского синего цвета, будто сапфиры.

— Пожалуйста, — умоляет она, дрожа всем телом.

— Что «пожалуйста», куколка? — я снова ущипнул её за сосок. Она знает, как использовать свои слова.

Она дергает руками, заставляя себя снова вскрикнуть.

Я улыбаюсь этому. Я хочу видеть свою девочку смущенной. Переполненной чувствами.

Я отпускаю её и откидываюсь на спинку дивана. Мои руки покоятся на обтянутых джинсами бедрах, пока я даю ей секунду прийти в себя.

Мои руки тянутся к ремню, и я расстегиваю его. Она облизывает губы, уже зная, к чему это приведет, и я чертовски рад тому, как быстро она учится.

Расстегнув молнию на джинсах, я достаю свой член и глажу его. Её тяжелый взгляд прикован к нему.

— Я собираюсь сидеть здесь и смотреть игру, пока ты будешь держать мой член у себя во рту.

Она моргает, прежде чем встретиться со мной взглядом, но вид у неё ошеломленный.

— Что ты собираешься делать, куколка? — спрашиваю я, продолжая поглаживать свой член, завидуя анальному крючку, который в данный момент глубоко погружен в её задницу. Я хочу быть на его месте сейчас.

— Держать твой член у себя во рту… — она произносит это, затаив дыхание, и я понимаю, что её киска влажная.

— Ты хорошая девочка, — я провожу подушечкой большого пальца по её приоткрытым губам, и она приоткрывает их ещё шире, позволяя мне проникнуть в неё. Она обхватывает его губами, но не сосет.

— Вот так… — я улыбаюсь ей. — Это то, что делает хорошая шлюха.

Её глаза закрываются, и я вынимаю палец изо рта.

— Делай, что тебе говорят, куколка, — приказываю я, откидываясь на спинку дивана.