Она поворачивается, обнимает меня и прячет голову в моей рубашке, а её всхлипы наполняют комнату.

— В этом нет ничего плохого, малышка.

Шарлотта

Мне повезло, что Хейдин был где-то всё это время. Я притворилась спящей, когда услышала, как он вернулся в свою спальню. Как только он попрощался со мной и ушел, я немедленно включила сотовый. Я уставилась на него, надеясь, что видео вернётся, и я смогу посмотреть его снова и попытаться расшифровать то, что я должна в нём понять.

Должна ли я быть сосредоточенной на Эштин, Сэинте или Хейдине? Что все это значило и почему они это сделали? Что произошло после того, как она потеряла сознание? Они клеймили её, но почему? Она выглядела испуганной. Я имею в виду, если бы я была в смирительной рубашке, пристегнута ремнями к каталке, с кляпом во рту и голая по пояс, я бы тоже была в ужасе. Но Сэинт любит её, и, предположительно, Хейдин тоже. Может быть, для неё это было посвящением? Кто, чёрт возьми, знает? Когда я увидела её в Карнаже, на её пальце было обручальное кольцо, и я знаю, что, как только ты становишься Леди, твой Лорд иногда клеймит тебя. Так, может быть из-за этого?

Телефон вибрирует в моих руках, и появляется значок электронной почты, из-за чего я роняю его на лицо.

— Чёрт, — стону я, потирая нос и затем поднимая телефон. Я бросаю взгляд на дверь спальни, чтобы убедиться, что Хейдин не стоит прямо за дверью и не заходит проведать меня.

Когда я думаю, что всё в порядке, я открываю электронное письмо. Это ещё одно видео. Я нажимаю «Пуск», и действие начинает происходить в той же бетонной комнате, что и раньше, но на этот раз Эштин и Сэинт ушли, как и каталка. Входит Хейдин, пряча мобильник в карман, и оглядывается по сторонам, как будто ожидает, что кто-то будет рядом с ним.

Дверь снова открывается, и я убавляю громкость, так как у меня нет наушников. Я глубже зарываюсь в одеяло, снова держа телефон прямо перед лицом.

Хейдин прислоняется к столу, скрестив руки на груди.

— Какого хрена, по-твоему, ты делал? — рявкает мужчина, проходя дальше в комнату.

Хейдин просто смотрит на него. Выражение его лица и расслабленная поза говорят о том, что его это не беспокоит.

Мужчина щелкает пальцами, дверь снова открывается, и в комнату входят трое мужчин.

Моё сердце замирает, я понимаю, что добром это не кончится, но Хейдин по-прежнему выглядит невозмутимым.

— Мы дали вам конкретные инструкции, — кричит мужчина.

— Вы ни хрена мне не сказали, — говорит Хейдин.

Мужчина щелкает пальцем ещё раз, и один из группы, одетый в плащ и маску, подходит к Хейдину. В тот момент, когда он подходит достаточно близко, Хейдин замахивается. Его кулак попадает по маске Лорда, отбрасывая её назад.

В бетонной комнате начинается настоящий ад. Хейдин держится стойко, пока один из них не приставляет электрошокер к его шее, заставляя опуститься на колени.

Он сгибается, тяжело дыша и выглядит измотанным, когда трое мужчин начинают снимать с него рубашку. Они вытаскивают его на середину комнаты, надевают наручники на запястья перед ним, а затем подвешивают его цепью к потолку так, что носки его армейских ботинок едва касаются пола. Его глаза бесцельно блуждают по сторонам, пытаясь сориентироваться, пока они засовывают ему в рот резиновый кляп, а затем надевают на голову капюшон, закрепляя его вокруг шеи.

Мужчина без маски встает перед ним и скрещивает руки на груди.

— Ты поймешь, сын, что Лорды всегда на первом месте. Над любой женщиной. Кем бы она ни была, ты будешь делать то, что тебе говорят. Даже если мне придется выбить это из тебя, — с этими словами мужчина поворачивается и захлопывает дверь, а видео останавливается.

Я осознаю, что кусаю ногти, и роняю телефон на колени. Что это, блядь, было? Он назвал его сыном? Это был его отец? Хейдина наказали за то, что он вырубил Эштин, чтобы заклеймить её?

У меня так много вопросов, но теперь понятно, почему мне все время говорят, что Хейдин убил их отцов. Но было ли это для того, чтобы спасти Эштин от них или для того, чтобы спастись самому?

Хейдин

Выхожу из комнаты Эштин и тихо закрываю за собой дверь. Сэинт меряет шагами коридор, но останавливается и смотрит на меня.

Он переводит взгляд на дверь их спальни, а затем снова на меня.

— Как она?

— Расстроена.

Он проводит рукой по волосам и поворачивается ко мне спиной.

— Чёрт, — шепчет он.

— Она не хочет знать, — говорю я ему.

Поворачиваясь, он прищуривается, глядя мне в глаза.

— Дэвин и Гэвин…

— Ты просил меня поговорить с ней, — я перебиваю его, — и я это сделал. Это то, что она мне сказала.

Он несколько раз кивает головой, словно убеждая себя.