Будь моя воля, я бы вообще не стал связывать себя с Избранной. Я бы предпочёл не быть приговорённым к сексу с одной женщиной. За последние три года я видел, как другие Лорды проходили через это, и это всегда приносило проблемы. А проблемы — это последнее, чего мне хочется. Это звучит эгоистично, но Лордов учат ставить себя на первое место. Женщина — это всего лишь игрушка для использования.

Ритуал подтверждает это. Мы раздеваем женщину догола, привязываем её к алтарю и трахаем на глазах у всех, чтобы доказать обществу, что мы мужчины. Она должна пролить за нас кровь. Брат Спейд получает только самое лучшее — девственницу.

Другие Лорды сами выбирают, какую дырку они хотят трахнуть. И необязательно, чтобы она была невинной. Если бы у меня был выбор, я бы выбрал задницу. Просто в женской заднице есть что-то такое, что заводит меня. Любая женщина может раздвинуть ноги, девственница она или нет. Но наклоняться и задирать задницу, умоляя вас трахнуть её — это совсем другой тип женщины. Особенно учитывая, что большинство на это не соглашаются. Они считают это грязным, унизительным и запретным.

Я вырываюсь из этих воспоминаний. Тогда это не имело значения, и сейчас тоже не имеет. Она никогда не принадлежала мне, и я никогда её не хотел.

Выйдя из лифта, я достаю ключи из кармана и подхожу к одной из многочисленных камер, которые у нас здесь есть. Лорд сидит, прислонившись спиной к стене и подтянув колени к груди.

Когда я включаю свет, он закрывает глаза. Я улыбаюсь, чувствуя себя в настроении устроить кровавое зрелище.

— Доброе утро, — говорю я, вытаскивая телефон из кармана и выбирая песню. Когда начинает звучать «Hallelujah» группы No Resolve, моё тело расслабляется. Это моя любимая песня, когда я в настроении устроить хаос.

Аннабель

Хмурым воскресным днём я сижу за круглым столом со своими подружками. На следующей неделе мы возвращаемся в Баррингтон на второй семестр нашего третьего курса. В начале учебного года я прошла посвящение, и с тех пор у меня тяжело на душе. Ненавижу признавать, сколько ночей я потеряла из-за того, что сделала. Я думала, что смогу справиться со всем, что они приготовят для меня, но каждый раз, когда я закрываю глаза, то я вижу ту обнажённую женщину. Прошло уже пять месяцев, а легче не становится.

Ханна привлекает моё внимание своим смехом. Это напоказ. Я люблю её до смерти, но всё в ней фальшивое. И я не говорю о том, что можно увидеть физически. Я имею в виду всё остальное — ту часть её, которую она прячет от мира.

Она ненавидит своего мужа. Он Лорд. Ханна была его Избранной, и их заставили пожениться, когда он её обрюхатил. Она клянется, что ребенок, возможно, даже не от него, учитывая, что ночь зачатия совпала с выходным секс-марафоном, когда он делил её со своими друзьями. Но их родителям всё равно. Главное — как это выглядит для мира, а не то, как есть на самом деле. Я не уверена, чего они ожидали. Он запретил ей принимать противозачаточные и не заставлял своих друзей использовать презервативы. Именно так и появляется ребёнок.

Он отвез её на Багамы, сделал шикарное предложение и позаботился о том, чтобы кто-нибудь снял всё на видео. На следующий день она выложила это в социальные сети с типичным постом «Я СКАЗАЛА: „ДА”». За ним последовали сотни фотографий с поездки: счастливые моменты пары — поцелуи на пляже, объятия в бесконечном бассейне и романтические ужины.

Она великолепна, выглядит как супермодель на подиуме, а он привлекателен в том смысле, что «я ношу мокасины, езжу на Rolls Royce и работаю на папочку». Они похожи на настоящих Барби и Кена, за исключением того, что ненавидят друг друга.

При каждом удобном случае, он изменяет ей, а она трахается с его друзьями за его спиной. Лорд может делать всё, что захочет, независимо от того, женат он или нет. Но Леди? У неё есть правила. Если он поймает её… что ж, я даже думать не хочу о том, что он с ней сделает. А может быть, он знает и ему всё равно. Каждому свое.

У его лучшего друга кинк на размножение, и поскольку Ханна сейчас на четвёртом месяце беременности, она встречается с ним почти ежедневно и позволяет ему притворяться, что это он её обрюхатил. Что на самом деле может быть правдой, поскольку он был одним из тех, кому её муж-Лорд позволил трахнуть её в те выходные. Кто знает.

— Ты вообще слышала, что я только что сказала? — спрашивает она, отставляя стакан воды на стол.

Я киваю, встречаясь с ней взглядом.

— Угу. — Ложь.

Она выгибает свою тёмную бровь идеальной формы.

— Тогда что я сказала?

— Ты сказала, что вы со свекровью спорите о том, где будет проходить вечеринка по случаю рождения ребенка, — отвечает Маргарет.

Ханна, прищурившись, смотрит на неё.

— Спасибо, Аннабель, что ответила.