Я снова повернулась вперед и лихорадочно подняла руку к груди. Ногти впились в кожу над сердцем, которое не желало биться, и страх заставил меня встать на ноги. Из темноты выступила мужская фигура, вокруг которой плелись тени. Кожа мужчины бледным пятном выделялась на фоне окружавшей его тьмы, глубоко посаженные глаза сияли на лице, как звезды. По рукам вились золотые нити, обвивая кисти и предплечья, устремляясь вверх и укладываясь на обнаженные плечи.

Я сглотнула, не осмеливаясь заговорить, когда он неторопливо, размеренными шагами, направился ко мне. Казалось, что время для него не существует, потому что перед ним расстилается вечность – эоны времени.

– Привет, Эстрелла, – произнес он.

Его голос сильно ударил меня в грудь, проникая вглубь, вибрируя, погружаясь внутрь меня. Я не могла оторвать взгляда от этих золотых нитей, что покрывали его руки, пока не услышала изумленный смешок, который заставил меня посмотреть в его звездно-черные глаза.

– Ты – единственная, кто в моем присутствии заинтересовался нитями судьбы, а не мной.

– Кто ты? Где я? – спросила я, сглотнув, когда он наконец остановился прямо передо мной.

Золотые нити поднялись из облаков у моих ног и обернулись вокруг моего запястья.

– Ты получишь ответы, когда будешь к ним готова, – сказал он, протягивая вперед одну руку.

Он провел пальцем по моей щеке, и мои легкие вдруг наполнились воздухом. Мне стало невыносимо больно, и я свернулась клубком, глядя на него, пока он успокаивающе гладил меня по голове.

– Но твое время еще не пришло, дитя.

Очнувшись от своего сна, я обнаружила, что лежу на грубом камне рядом с горячим источником, отплевываясь и кашляя, пока вода выходила у меня из легких. Я повернулась на бок, согнулась, меня вырвало водой, которой я нахлебалась, и я наконец смогла дышать. Между мной и женщиной с меткой фейри, которая все еще находилась в источнике, стоял один из скелетов. Меченая разогнула спину, как только ко мне вернулось зрение.

Холт стоял, в шоке уставившись на меня, а я все крепче сжимала золотую нить в моей руке, тянула ее к себе. Скелет рухнул на землю, дав мне прекрасный обзор напавших на меня людей. Четыре лица, которые я буду помнить до самой смерти. Их руки были испещрены кровавыми царапинами, и я предположила, что их оставил скелет, который вытащил меня из воды.

Надо мной склонилась Фэллон. Лицо у нее было красным и кривилось от беспокойства. У меня было смутное ощущение, что это она вдыхает воздух в мои легкие, давит мне на грудь, пытаясь разбудить.

Наконец кожу мне обдало холодом, и я начала осознавать, что лежу на камнях, обнаженная, выставленная на всеобщее обозрение. Я снова потянула за золотую нить, вздрогнув от нежных прикосновений рук Фэллон у себя на лице. Она что-то пробормотала, но ее слова растворились в реве клокотавшей у меня в голове ярости.

Краем глаза я заметила, как скелет снова поднялся на ноги, когда я подняла руку, обвитую моей частью парной связи. Затем повернул голову, щелкая позвонками и стуча костями. Его движения привлекли потрясенный взгляд Фэллон как раз в тот момент, когда скелет спрыгнул в воду горячего источника.

Я оттолкнулась руками от камня и с трудом встала на ноги, глядя вниз на женщин, которые чуть не убили меня, утопая в собственной злобе. Я стояла не двигаясь, но вместо меня шаг вперед сделал скелет.

– Эстрелла, остановись! – крикнул Холт, и его слова все же достигли моего разума, пробившись сквозь туман, плававший в голове.

Я потрясла головой, словно хотела вытряхнуть его из нее, наслаждаясь тем, как женщины с метками фейри отползают назад в попытке сбежать от приближавшегося к ним скелета. Они пытались убить меня, и это неудавшееся убийство будет преследовать их до самой смерти, я немного загрустила из-за того, что это продлится недолго.

На тропе, ведущей в гору, появился Калдрис. Лицо у него раскраснелось, будто он взбежал на холм. Хотя я знала, что это не так – я видела, как он появился прямо из воздуха. Рука у него была прижата к груди, как будто он смог почувствовать, как остановилось мое сердце в том сне, что избавил меня от страха утонуть и связанной с этим боли.

Я отмахнулась от мыслей о странном мужчине, как будто сотканном из самих теней.

Широко раскрытыми, почти безумными глазами Калдрис окинул взглядом открывшуюся перед ним картину – как я шевелю скрученными пальцами, будто пряду нити и направляю шаги скелета. Пока он добирался до источника, перескакивая с камня на камень, Калдрис увидел, что я стою голая, во всей своей наготе, выставленной на всеобщее обозрение. Он приблизился ко мне, сбросил плащ и завернул меня в него. Я не сводила глаз со скелета, бурля яростью и жаждой мести, от которой у меня перехватывало дыхание.

– Эстрелла, – сказала Имельда, и ее голос прозвучал мягче, чем у Холта.

Я не повернулась, чтобы посмотреть на нее, только услышала, как она выбирается из горячего источника. Вода все еще стекала с ее тела, когда она остановилась всего в нескольких футах от меня, но я даже не обернулась, чтобы посмотреть на нее. Я чувствовала только одно – я должна отомстить. Месть маячила передо мной, совсем рядом – только руку протяни.