— Да, я знаю обо всем, — продолжала Самида, её голос стал ещё более резким. — Ты, бесстыжая, стала любовницей Азима, и теперь осмеливаешься жаловаться на Аллаену и ребенка? Ты должна быть благодарна за то, что тебя не выгнали на улицу после всего, что ты натворила!

Азиза почувствовала, как её вера как ее надежда на избавление рушатся под тяжестью обвинений Самиды. Она попыталась что-то возразить, но слова застряли у неё в горле.

— Ты должна взглянуть на себя и осознать, что ты сама виновата в своих несчастьях, — закончила Самида, её взгляд был холоден и безжалостен.

Азиза, с трепетом в голосе, выразила своё недоумение:

— Я не думала, что мне придётся заботиться о чужом ребенке. Чей он вообще? Почему я должна притворяться, что он мой? Я готова понести любое наказание, но только не это. Я не готова стать матерью… меня раздражает его плач, его смех. Я видеть его не могу!

В ответ Самида громко ударила кулаком по столу, заставляя Азизу вздрогнуть от страха.

— Ты не понимаешь, в каком положении ты находишься! — резко произнесла она. — Я могу всем рассказать о твоей связи с Азимом. Подумай, что будет, если это станет известно. Как, по-твоему, люди отнесутся к этому? Тебя закидают камнями, разорвут на части!

Азиза побледнела, понимая всю серьёзность угрозы. Чувствуя как вдоль позвоночника пробежал трепет паники.

— Я… я не знала, что всё зайдет так далеко, — пробормотала она, с мольбой глядя на Самиду.

— Тебе следовало подумать об этом раньше, — сурово сказала Самида. — Теперь у тебя есть только один путь — принять этого ребенка. Это твой шанс на спасение, пусть и не самый приятный. Если ты откажешься от него, последствия будут непоправимы.

Азиза чувствовала, как её мир рушится, и все её планы и надежды на будущее кажутся безнадежно уничтоженными. Она понимала, что отказ от ребенка может привести к ужасным последствиям, которых она не могла предвидеть. Это оказалось еще ужаснее чем измена и предательство Азима…Насколько она любила Вику настолько возненавидела после их побега.

— Я попробую, — тихо сказала Азиза, её голос дрожал от внутреннего отчаяния. Самида кивнула, её взгляд был холоден и решителен.

— Это правильное решение. Ты должна делать всё возможное, чтобы сохранить своё положение и честь.

Азиза, с ощутимой отчаянностью в голосе, обратилась к Самиде:

— Как долго мне ещё придётся жить с Самиром? Ты обещала, что избавишь меня от него, но прошли месяцы, а он всё ещё мой муж. Я не могу его терпеть! Как подумаю что он… с мужчинами…

Самиды лицо оставалось непреклонным, её взгляд холоден и рассудителен.

— С Самиром я разберусь позже. Сейчас твоя задача — молчать и ухаживать за ребенком. Никто не должен догадаться, что он чужой. И не дай Аллах кто-то усомнится в твоем материнстве!

Азиза почувствовала, как её сердце сжимается от беспомощности.

— Но как же Самир? Я не могу больше так жить!

— Ты должна, — безапелляционно произнесла Самида. — Это не время для слабости или нерешительности. Ты должна сыграть свою роль безукоризненно.

— Пожалуйста, Самида, я умоляю вас… — начала Азиза, но Самида перебила её.

— Достаточно, Азиза. Ты знаешь, что на кону. Теперь у меня есть для тебя ещё одно задание. Ты должна усложнить жизнь Аллаене. Вот тебе шанс отплатить за предательство. Отыграться. Давай ей самую тяжёлую и грязную работу. Пусть она понимает своё место здесь.

Азиза кивнула, почувствовав, как в душе полыхает ярость и ненависть к той, кого раньше жалела.

— Хорошо. Я сделаю всё, как ты говоришь. Я сделаю ее жизнь невыносимой!

Самида смотрела на Азизу с непроницаемым взглядом.

— А теперь уходи, у меня много дел, — холодно приказала она. Азиза, молча поднялась и покинула кабинет.

***

Едва Азиза закрыла за собой дверь, в кабинет вошёл Самир. Он огляделся, словно опасаясь, что кто-то может его увидеть или услышать. Подойдя к Самиде, он тихо прошептал, с тревожным оттенком в голосе:

— Я сделал всё, как вы сказали, госпожа. Я запутал все следы. Ахмад не найдёт ребенка. Самида, не проявляя ни малейшего удивления или удовлетворения, кивнула.

— Хорошо, Самир. Это важная часть нашего плана. Мы не можем позволить Ахмаду раскрыть то, что мы так тщательно планировали.

— Я… я сделал всё, что мог, — продолжил Самир, его глаза были полны беспокойства. — Но что, если он всё же что-то узнает? Что, если он начнёт подозревать?

— Не беспокойся об этом, — хладнокровно отозвалась Самида. — Я уже приняла меры. Азиза будет следить за Аллаеной, а ты должен следить за Азизой. Мы должны быть уверены, что никто не выйдет из-под контроля.

Самир кивнул, хотя его взгляд оставался тревожным.

— Я понял, Самида. Я сделаю всё, что необходимо.

После этих слов Самир покинул кабинет, оставив Самиду одну со своими мыслями и планами. Ее глаза хитро сверкнули и загорелись решимостью. Она была готова на всё, чтобы защитить свои тайны и сохранить власть в своих руках.