– Я знаю. И я готова. – Готовность была в моих словах, но страх сковывал каждый мускул моего тела. В этот момент я была готова на всё, лишь бы увидеть моего сына в безопасности, вдали от Татьяны. И как можно быстрее. Да, сейчас он в безопасности. Но это точно временно, чокнутая тварь может в любой момент что-то натворить.

Крест посмотрел на меня с непроницаемым выражением лица.

– Хорошо. Я помогу тебе. Но помни, что это будет не просто. Ты должна быть готова ко всему.

Слова "ко всему" звучали в моих ушах как приговор, но я уже сделала свой выбор. Я смотрела на Креста, и в его глазах я увидела тусклый огонёк обещания. Обещание, которое я надеялась, станет моим спасением.

Когда Крест предъявил свои условия, мне показалось, что воздух в офисе стал насыщен тяжелым душком предательства как его так и моего.

– Взамен на мою помощь, – его голос был тихим и уверенным, – ты станешь моей шалавой…моей тряпкой. Не люблю объедки, но на тебя запал с первого взгляда.

Эти слова оглушили меня на мгновение, в моих ушах зазвенело.

Я медленно подняла голову, встретив его взгляд. Его лицо было серьезным, и я поняла, что он не шутит.

– Это мое условие, – добавил он, замечая моё колебание.

Мне было трудно даже дышать. Я чувствовала, как мой мир сужается до размеров этой комнаты, до этого момента. Но затем я подумала о своем сыне, о том, как важно мне его спасти. И это стало решающим.

– Хорошо, я стану кем угодно для тебя, выкради моего сына и помоги сбежать от Шакала и проси что хочешь! – прошептала я, опустив взгляд. Сердце билось так сильно, что, казалось, могло вырваться наружу.

Крест кивнул, словно это был обыденный бизнес-договор.

– Теперь, когда мы определились с условиями, давай планировать. Времени у нас немного.

Он подошел к большому столу, где были разложены различные документы.

– Мы должны это сделать быстро и без ошибок. Твой сын находится под круглосуточным наблюдением, но у нас есть человек внутри, который поможет нам…Да, по приказу Шакала, я пристально следил за этой сукой, за ее домом и имею внутри своих людей. Сильно ты запала в душу Хозяину если он делал ради тебя такие телодвижения. Но мне насрать…Он мне кое что задолжал…и не хочет отдавать. Но не будем об этом, перейдем к нашим баранам.

Крест начал разъяснять детали:

– Мы подготовим две машины; одна для тебя и сына, другая – для отвлечения внимания. Ты выедешь из города на восток, там, в безопасном месте, ты сможешь на время укрыться, пока не уляжется вся пыль.

Мои руки дрожали, когда я запоминала каждое его слово. Временные рамки, маршруты, точки сбора – все это казалось одновременно и реальным, и совершенно абсурдным.

После того как план был разработан, Крест встал и подошел ко мне. Он осторожно поднял мое лицо за подбородок, заставляя меня смотреть на него. Затем, медленно, он склонился и поцеловал меня. Этот поцелуй был неприятным, влажным, вызывающим дрожь во всем теле, наполненным обещанием того, что это было лишь начало нашей сделки.

Я осталась стоять неподвижно, чувствуя, как моё сердце разрывается между отчаянной надеждой спасти сына и страхом перед последствиями моего согласия. Но я знала, что уже не могу отступить. Я должна была идти до конца, какой бы ценой мне это ни стоило. Плевать на тело. Это всего лишь тело. А моя душа принадлежит моему сыну! Я думала об этом пока Крест целовал меня, шаря своими лапами по моему телу.

* * *

Я вскрикнула от испуга, когда дверь офиса с треском распахнулась, и в проеме возникла фигура Шакала. Его внезапное появление было как удар молнии, разрывающий тяжелую атмосферу комнаты. Он стоял на пороге, его глаза испепеляли нас взглядом, полным ярости и какой-то адской дикости.

Шакал смотрел на нас – меня и Креста, стоящих так близко друг к другу, – и я могла видеть, как эмоции борются в нём, от неожиданности до чудовищного дьявольского гнева.

– Что это значит? – его голос гремел, как гроза, заполняя комнату оглушительной силой. – Что это, блядь, мать вашу значит? Вы…вы целовались? Вы? Твоюж мааааать!

Крест медленно отступил, его взгляд перемещался между мной и Шакалом, оценивая ситуацию. Я стояла замерев, не в силах найти слова, чтобы объяснить или оправдаться. Мои руки дрожали, и я чувствовала, как каждый мускул в моем теле напрягся в ожидании предстоящей бури.

Шакал быстро пересек комнату и оказался в нескольких шагах от нас. Его дыхание было тяжелым, и я могла почувствовать волну его гнева, словно жар, исходящий от его тела.

– Ты что трахаешься у меня за спиной с моим псом? А? – спросил он, каждое слово пронзало меня, заставляя чувствовать себя еще более уязвимой.