Волнение переполняло меня по мере приближения дня встречи с моим сыном. Шакал куда-то уехал и избавил меня от своего присутствия чему я была ужасно рада. Я не могла спокойно сидеть, постоянно вставая, чтобы ходить по комнате, пытаясь как-то снять напряжение. В моем сердце боролись радость и страх: радость от возможности наконец увидеть его, страх перед неизвестной реакцией моего малыша.

Я потратила кучу денег на красивую детскую одежду и несколько игрушек – зайца погремушку, небольшой пластиковый мячик и красочную книжку с картинками. Я хотела, чтобы у нас с сыном были свои маленькие секреты и радости с первых же моментов нашего общения.

Мне казалось, что каждая мелочь имеет значение, каждая деталь может помочь мне завоевать его доверие. Я выбирала одежду для себя, стараясь найти что-то теплое и мягкое на ощупь, чтобы мой малыш чувствовал себя рядом со мной комфортно и безопасно. Я представляла, как обнимаю его, как он прижимается ко мне, и на моих глазах появлялись слезы – от счастья, от осознания долгожданной встречи.

С каждым часом волнение усиливалось. Я размышляла о том, как проведу с ним эти первые минуты. Хотелось сразу же показать ему всю свою любовь, всё то тепло, которое я берегла для него все эти месяцы разлуки. Я думала о первых словах, которые скажу ему, пытаясь выбрать самые добрые, самые нежные.

Вечером перед встречей я едва смогла что-то съесть. Сидя за столом, я перебирала в голове все возможные сценарии нашего общения. Мне хотелось верить, что он почувствует связь между нами, что несмотря на все ухищрения Татьяны, мой сын узнает меня как мать.

Когда я ложилась спать, последнее, что приходило мне в голову перед сном – это мечты о том, как мы будем играть в парке, кормить уток и смеяться вместе…потом когда он вырастет, как я заберу его у нее и уеду далеко отсюда. Я знала, что реальность может быть иной, но в тот вечер мне хотелось только мечтать о хорошем.

Встреча должна была состояться в детской игровой комнате, которую адвокат сумел арендовать для частности нашей встречи. Я выбрала ее, потому что там было много игрушек и пространства для малыша, место казалось идеальным для первой встречи. Подумав об этом, я наконец уснула, надеясь, что следующий день принесет начало новой, счастливой главы в нашей с ним жизни.

День встречи наступил, и я чувствовала, как моё сердце замирает в ожидании. Прибыв в детскую игровую комнату, я увидела его – моего маленького сына, играющего с яркими кубиками на полу. Он был таким крошечным, таким беззащитным, что мне тут же захотелось обнять его и никогда не отпускать. Белокурый, голубоглазый. Так похож на своего отца, что сердце щемит от боли

Я подошла к нему медленно, опасаясь испугать. Он поднял на меня глаза, и я улыбнулась ему, сдерживая слезы радости и волнения.

– Привет, малыш, – тихо сказала я, садясь рядом на коврик. – Я твоя мама. Мама Лиза.

Мой голос дрожал, и я не знала, понимает ли он, что происходит, но его маленькие голубые глаза вглядывались в меня с неподдельным интересом. Потянувшись к зайчику, которого я принесла, я вручила его ему.

– Это для тебя, – сказала я. Ребенок взял игрушку, и его лицо озарилось улыбкой. Этот момент заставил мое сердце забиться еще сильнее. Я увидела два зуба на нижней десне и от умиления у меня просто сжалось сердце.

Мы провели вместе несколько часов. Я показывала ему книжку с картинками, мы смотрели на яркие образы, и я рассказывала ему придуманные истории про зверушек. Он слушал, иногда трогая пальчиком картинки, и это было похоже на маленькое чудо. Я чувствовала, как между нами начинает формироваться связь, хрупкий мостик, который я надеялась укрепить с каждой нашей встречей.

Когда пришло время уходить, это было невероятно тяжело. Я обняла его, и он не сопротивлялся, принимая мои объятия. "Я скоро вернусь," – прошептала я ему на прощание. Уходя, я оглянулась, и ощутила, как от боли содрогнулось все тело. Я бы отдала все на свете лишь бы быть с моим малышом.

Покидая комнату, я чувствовала смесь радости и грусти. Радость от того, что встреча прошла лучше, чем я могла представить, и грусть от необходимости оставить его снова. Но теперь у меня была надежда, надежда на то, что всё может измениться к лучшему, и я смогу быть рядом с моим сыном, поддерживать его и любить каждый день.

Эмоции переполняли меня, и я почти не заметила, как Татьяна подошла ко мне в коридоре.

– Лиза, – её голос звучал резко и холодно, заставляя меня остановиться и обернуться. Её глаза были полны ярости и угрозы, и я инстинктивно напряглась.

– Да, Таня? – ответила я, пытаясь сохранить спокойствие. Хотя мне хотелось вцепиться ногтями в рожу этой суки, которая отняла у меня счастье. И которая довела моего сына до отставания в развитии, потому что ей было насрать на него.

– Я видела, как ты улыбалась ему, как он смотрел на тебя, – она сжимала свои руки, и её ногти впивались в ладонь. – Ты думаешь, что можешь просто вернуться и забрать его. Но я тебе обещаю, если ты попытаешься отобрать у меня сына, я его искалечу. Превращу в инвалида, может он будет жив, но ты его не получишь.