Этот ответ пронзил меня, как острый клинок. Я замерла на месте, осознавая, что в глубине души он уже знал. Я почувствовала одновременно облегчение и ужас. Если он уже начал поиски, значит, и он сомневался с самого начала. Значит, эти сомнения не были только в моей голове.

Прошло ещё несколько дней, прежде чем Миро снова позвонил мне. Эти дни тянулись бесконечно, как пытка. Мальчик, которого я называла сыном, оставался рядом. Он смеялся, играл, говорил мне "мама" с такой искренностью, что это разрывало меня изнутри. И вот этот момент настал. Миро сказал, что нашёл семью. Я сидела на кухне, когда он вошёл. Его лицо было бесстрастным, но я уже знала, что это были новости о родителях. Мальчик, которого я обнимала, которого я называла сыном... был не моим.

— Алиса, — сказал он мягко, но я знала, что никакая мягкость не изменит то, что он собирался сказать. — Родители найдены.

Мир вокруг меня медленно рушился. Казалось, будто стены сдавливаются, лишая меня воздуха. Мой мозг отказывался принимать эту реальность. Я нашла его. Я держала его в руках. Как это могло быть неправдой?

— Они придут завтра, — продолжил Миро, отодвинув от себя чашку с кофе. — Они хотят забрать его.

Я кивнула, но внутри всё кричало. Завтра я потеряю его. Снова. Потеряю свою надежду, свое счастье. Меня снова разбили на куски. Как встать с колен. Как снова смотреть на этот мир…

***

Наступило утро, и я не спала всю ночь. Мальчик, которого я считала своим сыном, крепко обнял меня во сне, как будто чувствовал, что всё скоро изменится. Я сидела рядом с ним, гладя его по голове, и пыталась запомнить каждый момент.

Когда дверь открылась и вошли его настоящие родители, я почувствовала, как в груди что-то разрывается на мелкие кусочки. Они выглядели измученными, но в их глазах горела надежда. Когда мать мальчика увидела его, её лицо осветилось радостью, и я не смогла больше сдерживать слёзы.

Она осторожно подошла к кровати, не веря своим глазам.

— Это... он? — прошептала она, как будто боялась, что всё это окажется сном.

Мальчик открыл глаза и посмотрел на неё. Сначала он нахмурился, как будто пытался вспомнить, кто перед ним, но затем что-то внутри него щёлкнуло. Он протянул к ней руку, и в этот момент я поняла точно — это не мой сын.

— Мама? — спросил он, и женщина разрыдалась, обняв его так, словно она боялась, что потеряет его снова.

Я молча встала и отошла к окну, давая им время на воссоединение. Миро стоял рядом, не говоря ни слова, но его присутствие было почти осязаемым. Он положил руку мне на плечо и сжал его.

Я потеряла Егорку снова. Но я знала, что не могу удерживать чужого ребёнка, сколько бы боли это ни приносило мне. Они забрали его сразу же. Я смотрела, как они уводят его за руку, и его радостная улыбка словно еще один удар в сердце. Он был счастлив. Но не со мной.

Когда всё закончилось, я сидела на кровати, которую он занимал последние дни, и ощущала лишь пустоту. Она снова поглотила меня, как это было всё то время, пока я искала своего настоящего сына. Надежда, которая горела внутри меня, медленно угасала, оставляя после себя лишь тлеющие угли.

— Мы продолжим искать, — тихо сказал Миро, стоя в дверях.

Я не ответила. Просто кивнула, пытаясь принять то, что очередная попытка обернулась провалом.

Мир треснул. Он не взорвался, не рухнул в бездну. Просто треснул. Везде тонкие, острые трещины, которые пронзают всё вокруг — воздух, стены, меня. И вот он стоит передо мной. Марат. Сломанный. Хромающий. С ненавистью, которую я так долго ждала.

Неужели я всё ещё могу чувствовать его взгляд? Как давно это было — когда его глаза заставляли мою кожу гореть. Теперь этот огонь угас, а вместо него — ледяной холод. Нет больше ни любви, ни страха. Только злость. И это чувство мне нравится. Оно — как броня. Пробьёшь? Попробуй.

Он ворвался в мой кабинет, как ураган, захлопнув дверь с такой силой, что я невольно вздрогнула. Но не от страха. Я давно перестала его бояться. Я перестала бояться кого-либо, потому что страх — это слабость. А слабость — это то, что Марат сам мне показал, что сам мне вбил в голову. Когда-то. Теперь ее нет. Чего мне еще бояться…Мужчины, который и так вырвал мое сердце и сожрал его?

— Ты… Ты действительно думала, что я не узнаю? — его голос раздался, как раскат грома.

Я посмотрела на него через стол, откидываясь на спинку кресла. Действительно ли я думала, что он не узнает? Нет, я знала, что рано или поздно он поймёт. Я всегда знала.

— Узнал. И что? — мой голос был холоден, ровен, как лёд, который он сам создал в моём сердце.

Он хромает, еле держится на ногах, но в глазах огонь — огонь ненависти и боли. Как раньше. Только вот тогда это был огонь страсти, а теперь… Теперь он хочет меня уничтожить. Как и я его.