– Но, мама, самое главное, что Анжелика ни в чем не виновата, – продолжила Рита, усиливая свои слова легким нажимом на руку матери. – Ты должна понять, что вся эта ситуация – лишь плод зависти и ревности Франчески. Она просто не могла выдержать того, что Рафаэль был увлечен Анжеликой, и решила отомстить. Бедная девочка, она даже не подозревала, что стала жертвой такой подлости. Анжелика не заслуживает этого позора. Она ни в чем не виновата, и ее нужно защитить.

Эти слова, произнесенные с такой искусной нежностью, наконец убедили мать. Она кивнула, медленно отпустив руку Риты.

– Ты права, – сказала она, слегка дрожащим голосом. – Анжелика не виновата. Но как ты сумела так ловко разоблачить Франческу?

Рита склонила голову, изображая смирение.

– Я просто сделала то, что считала нужным. Я поговорила с Франческой, заставила ее признаться мне. Это было нелегко, но я понимала, что должна действовать ради репутации нашей семьи.

Мать молчала, ее глаза горели яростью. Она не могла поверить, что кто-то осмелился так подло поступить. Она встала, ее движения были резкими и полными решимости.

– Франческа! – выкрикнула она с яростью, сдерживаемой до предела. – Немедленно приведите ее сюда!

Лицо Риты было спокойным, но внутри нее все еще бушевал страх. Она знала, что ее план сработал, но чувствовала, как страх разоблачения все еще преследует ее. Но сейчас, когда мать собиралась столкнуться с Франческой, Рита поняла, что ей удалось выкрутиться. На этот раз.

Франческу вызвали в гостиную, где собралась семья Анжелики. Мать стояла у камина, ее лицо было напряженным, глаза горели от ярости. Рита еще никогда не видела, чтоб она была настолько злой.

– Франческа, – начала она дрожащим от гнева голосом, – я хочу услышать правду. Немедленно.

Франческа, дрожа, сделала шаг вперед. Она знала, что это конец. Но у нее не было выбора.

– Это я, синьора… – ее голос был едва слышен. – Это я написала письмо. Я сделала это, потому что… потому что я завидовала Анжелике. Я давно люблю синьора Рафаэля, но он… он любит ее. Я хотела отомстить.

Лицо Изабеллы Динаро исказилось от ярости. Она не могла поверить в услышанное. Эта подлая служанка посмела подставить ее дочь!

– Ты ничтожество! – закричала мать, ее голос дрожал от ярости. Она подскочила к Франческе и ударила ее по щеке с такой силой, что та пошатнулась. – Как ты могла?! Как ты посмела?! Ты пыталась разрушить нашу семью!

Служанка упала на колени, слезы текли по ее лицу, но Изабелла не остановилась. Она снова и снова била ее по щекам.

– Убирайся из моего дома! Убирайся из города! Чтобы я больше никогда не видела твое отвратительное лицо! Иначе я превращу твою жизнь в ад! Подлая дрянь!

Франческу, униженную и побитую, выгнали из дома на глазах у всех. Ее изгнали из города как преступницу, вывели, как позорное пятно на репутации семьи. Рита стояла в стороне, ее лицо оставалось непроницаемым, но внутри нее все еще бушевал страх. Да, ее план сработал, но цена была слишком велика.

Позже, на вокзале, Рита встретила Франческу. Служанка выглядела изможденной, побитой, но в ее глазах все еще оставался страх. Рита подошла к ней, протянув конверт с деньгами.

– Это для тебя, – сказала она холодно. – Уезжай и никогда не возвращайся. Начни новую жизнь. Если ты будешь молчать, у тебя будет шанс на будущее. Но если ты решишь предать меня…

Она не договорила, но этого и не требовалось. Франческа поняла все без слов.

Улицы города пустели с каждым шагом. Закат бросал тени на серые стены домов, и они тянулись за мной, как чудовищные щупальца, от которых невозможно убежать. Беспокойство внутри, которое поселилось во мне с утра, теперь разрослось до гигантских размеров. Я пыталась успокоиться, говоря себе, что это просто усталость, что этот день был долгим и наполненным делами… Но на самом деле меня тошнило от всех этих сплетен, которые крутились вокруг меня. Да… все уладилось каким-то особенным, чудесным образом. Рита оказалась моей спасительницей. Я благодарила ее, обнимала, и она обнимала меня в ответ впервые за много лет. Но внутри все равно оставался осадок… как легко меня поставили на колени и подняли топор над головой. Как легко все поверили в сплетни. И как легко все вернулось на круги своя.

И пусть сейчас все пытались наладить общение со мной, у меня не было ни малейшего желания говорить с этими проклятыми лицемерами.

Вчера я впервые была в церкви после всех этих сплетен и последнего визита Странника…Когда я повела себя как последняя шлюха, когда я стонала и текла в его руках… представляя себе другого мужчину и все же позволяя этому трогать меня. Так до какой же степени я развратна?