Однажды, когда я вошла в комнату, Шамиль встретил меня необычайным способом. Он помахал мне рукой, как я ему показывала, а потом обнял меня за ноги, и хотя он по-прежнему избегал прямого взгляда, его улыбка была такой радостной. Это было первый раз, когда он проявил инициативу, и мое сердце наполнилось теплом.

С каждым днем, проведенным с Шамилем, я все больше понимала, что наша связь помогает не только ему. Он давал мне цель, заставлял меня вставать утром с кровати и шагать вперед, несмотря на все трудности. В его прогрессе я находила утешение и забывала о своем ужасном положении, по крайней мере на время.

Это было похоже на небольшое чудо, как из пустоты и хаоса моей жизни постепенно начало выстраиваться что-то красивое и ценное. Шамиль становился символом этого нового начала, напоминанием о том, что даже в самых темных временах можно найти свет.

Я сидела на полу, устроившись поудобнее с книжкой в руках, когда в комнату тихо вошла Зулейха. Мальчик увлеченно играл с цветными блоками, не обращая внимания на прабабушку.

— Алиса, как вы здесь? — мягко спросила Зулейха, улыбаясь и садясь в кресло рядом.

— Здравствуйте, Зулейха, — я улыбнулась в ответ. — Я только что узнала, что у меня будет мальчик.

Как раз в этот момент в комнату вошла Мадина, неся стакан воды и таблетки для своей бабушки.

— Поздравляю, — сказала Мадина сухо, едва слышно. Она поставила воду на столик и быстро удалилась.

Зулейха с восхищением посмотрела на Алису:

— Мальчик! Это замечательно, дорогая. Очень замечательно. Это благословение! У Марата будет достойный наследник. Сыновья — это сила матери, не только отца. Это защитники.

В этот момент Шамиль, по-видимому, чувствуя общую радость, подошел к Зулейхе и осторожно потрогал ее за лицо, затем неожиданно для всех махнул рукой, как будто прощаясь или приветствуя ее. Зулейха растрогалась до глубины души. Слезы умиления скатились по её щекам.

— О, мой маленький ангел, — шептала она, бережно обнимая Шамиля. — Ты видишь, Алиса, какие чудеса ты творишь? Ты принесла в этот дом свет. Никогда бы не подумала…Вначале я не хотела принимать тебя. Меня были другие планы насчет Марата.

— Мадина? — тихо спросила я.

— Да, они были помолвлены. Я планировала их свадьбу, чтобы скрепить нашу семью. Но он привел тебя. И теперь я понимаю почему ты так запала в сердце моему внуку.

Как сильно она ошибается. Марат меня презирает и ненавидит. Он никогда не полюбит меня… а еще — ребенок во мне — это не ребенок Марата. Но от слов бабушки я чувствовала, как мое сердце наполняется теплом. Несмотря на все трудности и испытания, моменты как этот давали мне силы продолжать идти вперед.

Я шла по лестнице вниз, наслаждаясь каждым моментом этого нового чувства уверенности и покоя, который я давно не испытывала.

Но как только я ступила на первую ступеньку, тишину в доме разрезал звон колокольчика от входной двери. Мадина вдруг появилась из-за дверного проема одной из комнат. Ее взгляд был полон ярости и упрека. Она остановилась, загораживая мне путь, и ее голос, холодный и едкий, разрезал воздух:

— Ты думаешь, что ты здесь теперь особенная? У меня будет мальчик! Черта с два он у тебя будет!

Прежде чем я успела среагировать, Мадина резко толкнула меня. Мир вокруг внезапно покачнулся, и я потеряла равновесие. Мои ноги заскользили по краю ступеньки, и я начала падать назад по лестнице.

Я пыталась ухватиться за что-то, чтобы остановить падение, но все было так быстро, что я не успела. Отчаянный страх охватил меня, когда я катилась вниз по ступеням, ударяясь спиной и головой, обхватив живот обеими руками. Жесткий удар, другой — каждый из них заставлял меня сжиматься от боли.

И вдруг, все стихло. Я чувствовала только давящую тишину вокруг и полную темноту перед глазами. Я лежала неподвижно, не в силах понять, что происходит, пока сознание медленно уходило у меня из-под контроля, унося с собой все ощущения и звуки. Наступила пустота, и я сдалась ей без борьбы.

Чувство удара головой и холода в затылке было последним, что я ощутила перед тем, как мир вокруг потемнел. Звук моего собственного дыхания в ушах, усиленный страхом, замер на мгновение, и все стихло. Но это тишина не продлилась долго.

Вокруг разразилась канонада звуков — высокие и пронзительные крики, громкие команды, звуки торопливых шагов. Голоса сливались в один сплетенный хаос страха и паники. Я слышала, как кто-то кричит: «Быстро, сюда! Помогите!» Это был голос одной из служанок.

Кто-то другой, похоже, мужчина, кричал в другом конце коридора. «Звоните врачу! Немедленно!» Его голос был решительным и громким. На фоне всеобщей суматохи слышались тяжелые шаги слуг, которые бежали вверх и вниз по лестнице, их ботинки глухо стучали по каменным ступеням. Звук их беготни гудел в моих ушах, и пульсировал в висках.