– Н-нет, – выдавила я, быстро отводя взгляд, но было поздно. Он уже заметил, как мои глаза задержались на нём слишком долго.

Он сделал шаг вперёд, и я почувствовала, как матрас прогнулся под его весом. Я резко отпрянула назад, но он склонился надо мной, его лицо оказалось так близко, что я снова почувствовала тепло его дыхания.

– Тебя это пугает? – прошептал он, его губы изогнулись в лёгкой усмешке.

Я не ответила. У меня не было слов, которые могли бы выразить то, что происходило внутри меня. Моё тело сжалось от страха, но в груди билось что-то ещё – что-то, что я не могла назвать или подавить.

Он протянул руку, ухватив прядь моих волос, и обвил её вокруг своего пальца. Его взгляд был прикован к моему лицу, будто он изучал каждую мою эмоцию, каждый едва заметный вздох.

– Не отворачивайся, – сказал он низким голосом, властным, но каким-то странно мягким. – Посмотри на меня.

Я прикусила губу, сжав пальцы на простынях. Но я сделала, как он сказал. Мой взгляд снова поднялся, на мгновение встретился с его глазами, а потом невольно скользнул вниз – к его груди, животу и... дальше.

Каждая часть моего тела кричала о том, что я должна закрыть глаза, закричать, вырваться. Но я не могла. Я не могла отвести взгляд, как будто меня что-то удерживало.

Он заметил это. Я видела, как его глаза блеснули, а губы изогнулись в дерзкой, победоносной улыбке.

– Вот так, – проговорил он тихо, почти шепотом. – Привыкай, Снежана. Это я. И сегодня ночь принадлежит мне. А мой член заставит тебя кричать для меня…

Я зажмурила глаза, как будто это могло спрятать меня от реальности, но ощущение его движения, его близости стало еще ярче. Горячий воздух вокруг меня сгущался, тело напряглось, словно перед прыжком в пропасть.

Кровать подалась под его весом, и я почувствовала, как он склонился ближе. Мой страх, как волна, захлестнул меня, и я закричала, выгибаясь, отталкивая его ладонями. Он схватил мои запястья, его руки были сильными, неотвратимыми, и за одно мгновение я оказалась перевёрнутой на живот. Паника накатила на меня ярким, ослепительным шквалом, и я пыталась вырваться, но его вес не оставлял мне ни единого шанса.

– Тише, – его голос был низким, ровным, почти гипнотизирующим. – Дыши, Снежана. Просто дыши.

Но дышать я не могла. Холодные капли ужаса стекали по моему позвоночнику, пока вдруг его пальцы не заскользили вдоль него. Движения были медленными, невероятно легкими. Не поглаживания – игра. Его пальцы словно пытались пробудить что-то внутри меня. Они двигались по коже, ритмично, с нажимом то сильнее, то слабее, как будто он писал мелодию на моем теле.

Я чувствовала себя игрушкой в его руках, но эти движения начинали меня обезоруживать. Паника отступала, уступая место чему-то другому – медленно разливающемуся теплу. Он изучал моё тело, будто читал его. Это было невыносимо интимно, пугающе и… одновременно невыразимо приятно. На меня накатила первая волна возбуждения.

Его пальцы пробежались вдоль рёбер, вызывая у меня неконтролируемую дрожь. Тело откликнулось раньше, чем я успела понять, что происходит. Он скользнул вниз, чуть сильнее сжав мою талию, и я задохнулась, чувствуя, как горячая ладонь накрыла мой живот.

– Ты такая чувствительная, – прошептал он мне на ухо, его голос был хриплым, обжигающим. – Это так… красиво, видеть тебя голой и изогнутой подо мной.

Я дернулась, пытаясь увернуться, но его ладонь удержала меня на месте. Он резко поднял меня, заставив стать на колени, спиной к нему, и я почувствовала, как его пальцы обхватили мою грудь. Он сжал её, не сильно, но достаточно, чтобы жар прошел по телу. Соски мгновенно стали чувствительными, каждая ласка, каждое прикосновение пальцев будто пробивало меня током.

Его пальцы начали двигаться, вырисовывая круги, сжимая нежно, но настойчиво, а затем его движения стали чуть грубее. Я вскрикнула, когда он сильно сжал сосок, почувствовав острую, почти болезненную вспышку удовольствия. Тело предательски выгнулось навстречу, словно само просило большего.

– Чувствуешь это? – его голос был совсем рядом, его губы скользнули по моему уху, а потом он легко прикусил мочку. – Ты не можешь сопротивляться, даже если хочешь.

Я ненавидела его за эти слова, но еще больше я ненавидела себя за то, как реагировало мое тело. Его руки скользнули вниз, пальцы раздвинули мои бедра, и я почувствовала, как он дотронулся до влагалища.

Я вздрогнула, пытаясь сжать ноги, но его пальцы уже двигались по складкам. Они были горячими, уверенными, скользящими, изучающими. Он надавил на мой клитор, дразня, круговыми движениями, которые стали медленно набирать ритм. Я выгнулась, сдавленно закричав, но звук утонул в подушке.