Выбор простой и страшный: счастье дочери или её безопасность. Любовь или выживание. Сердце или разум.

Я выбираю разум. Как всегда. Потому что в моём мире сердце это роскошь которую не могу себе позволить.

Выхожу из восточного крыла. Иду к себе. В коридоре сталкиваюсь с Анастасией. Она стоит у стены, лицо белое, глаза красные. Слышала. Всё слышала. Крики Лали, мои слова про свадьбу.

Смотрим друг на друга долго. Молча. Между нами пропасть которую уже не перешагнуть.

— Две недели, — говорит она тихо. — Двадцать первого декабря ты женишься на ней.

— Да.

— И я должна уехать. После свадьбы.

— Нет.

Она вздрагивает:

— Что?

Подхожу ближе. Прижимаю к стене. Руки по обе стороны от её головы — клетка из моего тела.

— Ты никуда не уедешь, — говорю низко, жёстко. — Останешься здесь. В этом доме.

— Зачем? — Голос дрожит. — Чтобы видеть как ты живёшь с женой? Чтобы подавать вам чай в постель?

— Затем, что ты МОЯ, — рычу, и рука на её горле, не давлю, просто держу. — Заира — долг. Политика. Видимость. А ты — реальность. То что хочу. То без чего не могу.

— Ты хочешь чтобы я была любовницей? — Смеётся истерически. — Шлюхой на подхвате? Которую зовут когда жене не до тебя?

— Хочу чтобы ты была рядом. В любом качестве. Мне плевать на название.

— А МНЕ НЕ ПЛЕВАТЬ! — Кричит, отталкивает. — У меня есть гордость! Самоуважение! Я не буду жить в доме где моим любовником спит жена в соседней комнате!

— Будешь, — говорю холодно. — Потому что выбора нет. Я не отпущу. Попробуешь сбежать — найду. Привезу обратно. Запру в комнате. Прикую к кровати если надо.

— Ты ублюдок.

— Знаю. Но это не меняет факт: ты остаёшься. Здесь. Со мной.

Она смотрит долго. Потом шепчет:

— Я не хочу. Не могу. Это убьёт меня. Медленно. Каждый день видеть вас вместе.

— Переживёшь.

— НЕТ! — Срывается на крик. — Ты не понимаешь! Я не сильная! Не героиня! Я обычная девчонка которая влюбилась в монстра! И если останусь — сойду с ума!

Что-то в её словах пробивает. "Влюбилась". Она сказала "влюбилась". Не ненавидит. Не терпит. Любит. Эта сломанная, измученная девчонка ЛЮБИТ меня. Ублюдка который украл её, изнасиловал, держит в плену.

И это ломает меня больнее любых слов.

Притягиваю к себе резко. Целую — жёстко, отчаянно, как будто могу передать поцелуем то что не могу сказать вслух. Она сопротивляется секунду, потом сдаётся, отвечает, и вкус её губ это как наркотик, как кислород после удушения.

Отрываюсь. Прижимаю лбом к её лбу:

— Не проси уйти. Потому что если отпущу — не переживу. Ты единственная реальная вещь в моей жизни, Анастасия. Всё остальное — игра, маски, роли. Только с тобой я чувствую что ещё жив. Ещё человек. Хоть немного.

— Тогда откажись от свадьбы, — шепчет сквозь слёзы. — Пошли тейп нахуй. Выбери меня.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что если выберу тебя — Лали умрёт. Тимур нападёт. Тейп предаст. Враги уничтожат. Я не могу рисковать дочерью ради собственного счастья.

— Значит твоё счастье ничего не стоит?

— Счастье это роскошь для слабых. Я не могу себе её позволить.

Она качает головой:

— Ты не сильный. Ты трус. Прячешься за долг, традиции, защиту дочери. А на самом деле просто боишься выбрать то что хочешь.

Слова режут как ножом. Потому что в них правда. Я действительно боюсь. Боюсь что если выберу её, если позволю себе быть счастливым — потеряю всё. Как потерял Зарему. Как чуть не потерял Лали.

— Может ты права, — говорю устало. — Может я трус. Но это не меняет решения. Женюсь на Заире. Через две недели. А ты останешься. Здесь. Будешь ненавидеть. Презирать. Страдать. Но останешься. Потому что я УБЛЮДОК который не отпускает то что любит, даже если это причиняет боль.

Отпускаю. Отхожу на шаг. Она стоит, опираясь на стену, дрожит.

— Иди, — говорю. — В свою комнату. Не выходи сегодня. Приду ночью.

— Не приходи.

— Приду.

— Не открою дверь.

— Сломаю замок. — Смотрю в глаза. — Ты моя, Анастасия. Навсегда. Смирись.

Ухожу. Не оборачиваюсь. Слышу как она сползает по стене на пол, как тихо плачет. И внутри всё горит, всё кричит "вернись, обними, скажи что всё будет хорошо", но не возвращаюсь. Потому что ложь не поможет. Ничего не будет хорошо. Будет только хуже.