Персефона заморгала. У нее не было времени понять, что произошло. Кто-то попытался причинить ей вред, осознала она. Богиня сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, а потом кивнула:
– Да.
Офицер, похоже, был в этом не уверен – он нахмурился, посмотрев на нее.
Взгляд Персефоны упал на его золотой именной значок, и она улыбнулась:
– Спасибо, офицер Вудс.
Охранник ухмыльнулся и покраснел:
– Да… не за что.
Она отошла от офицера и словно в трансе направилась к лифтам. Ее мысли вернулись к словам Аида: «Это лишь вопрос времени, когда кто-то, кто жаждет отомстить мне, попытается причинить тебе вред». Как бог отреагирует, узнав об этом происшествии?
Когда Персефона поднялась на свой этаж, ее уже ждала Елена с обеспокоенным взглядом.
– О боги, Персефона! Вы в порядке? Я слышала, что случилось.
– Откуда? – спросила Персефона. Она буквально только что покинула первый этаж.
– Это показывают по всем новостям, – ответила та. – Вас снимали в прямом эфире, когда вы приехали. Их камеры все зафиксировали.
Персефона застонала. Можно забыть о попытках скрыть это от Аида.
– Они показали человека, который кинул бутылку?
– Да, его лицо во всех новостях.
О нет.
Персефона поспешила к своему столу. Ей нужно было опередить Аида. Она знала, что бог мертвых непременно решит отомстить смертному, попытавшемуся причинить ей вред. И хотя она и сама хотела наказать того за необдуманные действия, муки Тартара казались ей слегка чрезмерными.
Единственным, кому она додумалась позвонить, был Илиас. Сатир взял на себя управление расписанием Аида в отсутствие Минфы.
Он ответил после первого же гудка.
– Илиас, где Аид?
– Ему нездоровится, миледи, – ответил тот и спустя мгновение спросил: – У вас все в порядке?
– Илиас, у меня все прекрасно. Скажи Аиду, чтобы он не трогал смертного…
Их разговор прервался из-за другого звонка у нее на телефоне. Она взглянула на экран – это была Лекса. Она, наверное, увидела новости и хотела убедиться, что с ней все в порядке.
Богиня вздохнула:
– Илиас, я перезвоню. Скажи Аиду, чтобы он не трогал того смертного!
Персефона завершила звонок и ответила Лексе:
– Да, Лекс. У меня все в порядке…
Вот только на том конце была не Лекса.
– Персефона, это Джейсон.
Истерика в его голосе заставила ее сердце забиться быстрее.
– Джейсон, почему…
– Приезжай в больницу прямо сейчас.
– Ладно. Ладно. Что случилось?
– Лекса… Они не уверены, что она справится.
В легких Персефоны вдруг иссяк весь воздух, ритм сердца стал неравномерным и слабым от сильнейшего страха, и ей показалось, оно вот-вот остановится.
Лекса в больнице. Они не уверены, что она справится.
В голове у нее вдруг возник вопрос: не начало ли это отмщения Аполлона?
Часть вторая
Спуститься в ад не так уж трудно.
Вергилий, «Энеида»Глава XII. Падение в ад
Персефона оставалась спокойной и собранной, несмотря на беспокойство, снедающее ее изнутри. Голос Джейсона эхом отдавался у нее в голове, но его слова казались далекими и неправдивыми.
«Лексу сбила машина. Они не уверены, что она справится».
Это наверняка какая-то ошибка. Не может такого быть, чтобы их Лекса – ее Лекса – боролась за жизнь.
– Персефона, – голос Джейсона вывел ее из оцепенения, вернув к реальности того, что он ей только что сказал. Она помотала головой:
– Этого не может быть. Я видела ее только утром.
Его голос звучал сдавленно, словно кто-то держал его за горло, не давая вздохнуть.
– Это произошло перед Александрийской башней. Она шла на работу. Мне сказали, она переходила дорогу и ее кто-то сбил.
Персефону вдруг всю затрясло, она едва могла стоять.
– Я скоро буду.
Она встала со своего стула еще до того, как повесила трубку, и бросилась прочь из Акрополя.
Общественная больница Асклепия размещалась в современном здании из зеркального стекла, сливающемся с лазурным небом и плотными белыми облаками. Внутри больница больше походила на отель, чем на медицинское учреждение. Там было светло, чисто и красиво, хотя ничто не могло скрыть характерный запах. Персефона всегда считала его запахом болезни – резкая нота лекарств, металлическая – затхлой воды и горькая – латекса. От него кружилась голова.
Богиня нашла Джейсона на втором этаже в комнате ожидания. Он сидел на одном из жестких деревянных стульев, наклонившись вперед и зажав голову между ладонями. Волосы заслоняли его лицо.
– Джейсон, – позвала она, подойдя. Он взглянул на нее, широко открыв глаза. Персефона поняла выражение его лица, потому что сама испытывала то же самое – они были шокированы, смущены и чувствовали себя беспомощными.
– Персефона.
Джейсон встал и обнял ее. Она обняла его в ответ так крепко, словно думала, что он тоже может исчезнуть.
– Она в порядке?