– Сегодня вы не сможете с ней поговорить, – объяснил он. – Ей должно быть комфортно в Элизии, иначе ее переполнят чувства.

Персефона догадывалась, что это значит – Лексе придется снова испить из Леты. А она не хотела такой участи для подруги.

– Когда она будет готова? – спросила Персефона.

Танатос пожал плечами:

– Сложно сказать.

Она знала, о чем умолчал Танатос. «Это зависит от того, насколько ее душе нужно исцелиться».

От этой мысли ей стало больно, и богиня отогнала ее прочь. Она не могла думать о том, как ей следовало поступить. Сейчас она могла лишь учиться на своих ошибках.

Они остановились на вершине холма в Элизии. Здесь небо Аида было таким ярким, почти ослепляющим. Стоя рядом с ней, Танатос указал на фигуру в отдалении. На женщину, чьи черные волосы контрастировали с ее белым платьем.

Это была Лекса.

У Персефоны защипало глаза от слез, пока она наблюдала, как ее подруга бродит по полю, раскинув руки в стороны и касаясь верхушек высокой травы. И хотя Персефона не видела ее лица, она знала, что Лекса чувствует умиротворение.

Проходили недели. Персефона посещала Элизий каждый день, наблюдая за подругой издалека, пока однажды к ней не подошел Танатос и не сказал: «Время пришло».

Персефона думала, что она будет готова и сразу же воспользуется возможностью воссоединиться с Лексой. Но когда Танатос дал ей разрешение, она вдруг занервничала и почувствовала себя неуверенно.

– Что, если я ей не понравлюсь?

– Лекса осталась той же душой, которую вы встретили в верхнем мире. Она заботливая, любящая и добрая. Она готова стать другом.

Персефона кивнула и сделала вдох. Подготовка к этой встрече была подобна подготовке к выступлению на публике. Внутри ее бурлила тревога, из-за чего у нее крутило живот и сдавливало грудь.

Богиня направилась к Лексе, сидевшей под деревом, на котором было столько гранатов, что оно казалось охваченным огнем. На Лексе было белое платье, ее длинные черные волосы ниспадали ей на плечи. Голова ее была прислонена к стволу дерева, а глаза были закрыты, словно она спала.

Она выглядела прекрасной и отдохнувшей, и Персефона даже немного боялась ей помешать, боялась, что когда Лекса откроет глаза, богиня не узнает в ней свою подругу.

Персефона сделала глубокий вдох:

– Привет.

Она не назвала имя Лексы – Танатос сказал, что она все равно его не помнит.

Лекса открыла знакомые ослепительно-голубые глаза и встретилась взглядом с Персефоной. Персефоне казалось, что ее сердце вот-вот разорвется, когда Лекса ей улыбнулась:

– Привет.

– Можно мне немного посидеть с тобой? – спросила Персефона.

– Да. – Лекса слегка подвинулась, чтобы Персефона могла сесть и тоже прислониться к стволу дерева.

– Ты не умерла, – заметила Лекса.

Это наблюдение удивило Персефону, и она покачала головой:

– Нет, не умерла.

– Тогда почему ты здесь?

– Я невеста Аида. Я часто бываю в Элизии.

Лекса хихикнула:

– Это я заметила.

Ответ подруги ошеломил Персефону.

– Правда?

– Я всегда обращаю внимание на Танатоса. – Щеки Лексы залил румянец.

Персефоне вдруг стало интересно, могут ли души влюбляться.

– Если ты невеста лорда Аида, то скоро станешь царицей.

– Полагаю, что так.

– И тогда у тебя будут корона и трон.

Персефона рассмеялась. Это было так похоже на Лексу.

– У меня уже есть две короны.

У Лексы слегка округлились глаза:

– Ты должна их принести. Я всегда мечтала примерить корону.

Персефона сдвинула брови:

– С каких это пор?

Она пожала плечами:

– С тех пор как… я оказалась здесь. А свадьба будет?

Персефона вздохнула:

– Да, но я пока ничего особо не планировала.

Все события между смертью Лексы и ее похищением были слегка хаотичны.

– Ты будешь прекрасной невестой, – сказала Лекса. – Прекрасной царицей.

Персефона покраснела:

– Спасибо.

Их беседа продолжалась почти до полудня. Богиня, наверно, осталась бы и дольше, но появилась Геката и позвала ее за собой.

– Мне пора. – Персефона встала. – Мне нужно собираться.

– Собираться куда?

– Сегодня в верхнем мире званый ужин, – сказала она, а потом улыбнулась: – Тебе бы там понравилось. Там будут боги и богини, красивые платья и танцы.

Ей бы там очень понравилось, потому что это было событие, над которым она работала до аварии. Ужин в поддержку проекта «Алкион» должен был состояться в «Олимпийце», одном из отелей Геры, – здании, которым Лекса всегда восхищалась из-за его красоты и архитектуры.

А еще из-за того, что именно там останавливалось большинство богов, когда они приезжали в Новые Афины.

– Ты просто обязана вернуться и все мне рассказать, – произнесла Лекса.

Персефона улыбнулась:

– Конечно. Я вернусь завтра.

Когда Персефона вернулась во дворец, Геката и лампады помогли ей одеться.