Он положил пальцы ей под подбородок.

– Что тебе нужно от меня?

– Поддержка, – ответила она.

– У тебя она есть.

– И я бы хотела нанять Левку в качестве помощницы.

– Уверен, она будет рада.

– И… мне нужно твое разрешение, – робко добавила она.

– Эм?

– Я хочу, чтобы первой историей стала наша. Хочу рассказать миру, как влюбилась в тебя. Хочу быть первой, кто объявит о нашей помолвке.

Кэл и Деметрий пытались отобрать это у нее, но она увидела во всем этом дорогу к обретению силы.

– Хм-м… – Аид сделал вид, будто обдумывает ее слова. Она видела это по выражению его глаз. Он был отчасти позабавлен, отчасти восхищен. – Я соглашусь при одном условии.

– И каком же?

– Я тоже хотел бы рассказать миру, как влюбился в тебя.

Он поцеловал ее, сначала медленно, нежно скользнув по ее языку своим, а потом углубил поцелуй.

И они снова потеряли себя в пламенеющей страсти друг друга.

Похороны Лексы были назначены на третий день после ее смерти.

У Персефоны не было возможности навестить Лексу в Элизии с того дня, как она прибыла в подземное царство. Поэтому от вида ее тела, помазанного и бледного, с венком и монетами на глазах, у богини навернулись слезы.

Аид был рядом с ней, оберегая и обнимая рукой. Это был едва ли не первый раз, когда они вместе появились на публике, и его присутствие не только привлекло толпу, но и пробудило в зале множество разных эмоций. Она чувствовала их словно порывы ветра – любопытство, гнев и грусть. Эти смертные, очевидно, задавались вопросом, почему Аид позволил Лексе умереть, как Персефона могла стоять рядом с ним. Когда-то и она спрашивала себя о том же, а теперь эта мысль вызывала у нее непомерную боль.

Аид взглянул на нее, коснувшись щеки.

– Тебе не удастся заставить их понять, – произнес он, словно прочитав ее мысли.

Богиня нахмурилась:

– Я не хочу, чтобы они плохо о тебе думали.

Он грустно улыбнулся ей:

– Для меня невыносима мысль, что это так тебя заботит. Тебе станет легче, если я скажу, что ценю лишь одно мнение – твое?

– Нет.

Следующие несколько дней после похорон Лексы они провели, прибираясь в ее комнате и пакуя ее вещи в коробки для родителей. Это было так странно, что Сивилла, Зофи и Персефона теперь чувствовали себя неуютно в собственной квартире.

– Мне кажется, нам надо переехать, – сказала Сивилла.

– Да, – ответила Зофи. – Этот дом, он… пахнет смертью.

Девушки взглянули на амазонку.

– Персефона? – обратилась к ней Сивилла. – А ты что думаешь?

Она открыла рот и тут же захлопнула его.

– Я… помолвлена, – выпалила она.

Сивилла с Зофи завизжали от восторга, и Персефона рассмеялась.

После выходных Персефона наняла Левку помогать с ее новым бизнесом. Они встретились в «Кофе Хаус» и приступили к работе, попивая ванильный латте.

– Я обзвонила все информационные агентства из твоего списка, – рассказала Левка. – Они все согласились разместить твою историю. «Божественные Дельфы» ответили, что у них она станет первополосной новостью.

– Отлично, – улыбнулась Персефона.

Она попросила Левку позвонить в несколько газет и журналов, чтобы сделать заявление о ее новом бизнес-проекте – и помолвке с Аидом. Это был стратегический шаг, автоматически гарантировавший читательскую аудиторию ее блогу. В нем она собиралась поделиться историей, как познакомилась с богом мертвых и влюбилась в него.

Это также должно было привести в ярость ее мать. Персефона знала, что Деметра обращает внимание на все новости, потому что та отчитывала дочь за ее статьи о богах.

– Несколько из них попросили об интервью, – продолжила Левка. – Я сказала, что в ближайшие две недели у тебя нет на это времени. Я внесла их в таблицу. Это заняло у меня целую вечность – как у тебя получается так легко пользоваться этой… клавиатурой?

Персефона рассмеялась:

– Ты научишься, Левка.

Чуть позже к ним присоединилась Сивилла. Персефона попросила ее создать сайт, демонстрирующий простоту и силу, и результат был ошеломительным. В верхней части страницы размашистыми буквами было написано слово «Защитник».

Сивилла также показала ей график, как будет развиваться блог с добавлением информации – страниц о здоровье, искусстве и культуре.

При виде сайта Персефона еще больше оживилась. Теперь можно было сосредоточиться на приветственной статье.

Было так странно переосмысливать начало отношений с Аидом, потому что тогда ее мышление было совершенно иным. Она была неуверенной в себе и подозрительной и все же жаждала приключений. Ей было невдомек, что эта жажда приведет к неразрываемому контракту с богом мертвых – к пари, которое превратится в любовь.

«Он помог мне понять, что сила исходит из уверенности, из веры в собственной значимости. Помог мне понять, что я – богиня».

Эти слова отозвались в глубине ее души.