Ладно, не очень-то она мне помогла.

Вторая пристально смотрит на меня, и таких ярко-голубых глаз, как у нее, я никогда не видела. Она приподнимает бровь, видя, что я просто стою тут без дела.

– Велида велела мне сложить для тебя ночные горшки, – говорит она и показывает назад.

Я оглядываюсь через плечо и… да. Здесь действительно целая башня из ночных горшков.

Я невольно морщу нос.

– Я думала, в этом поместье есть канализация.

– В этом поместье есть, – многозначительно говорит она.

И продолжает смотреть на меня, приподняв бровь.

Теперь я точно не смогу пойти за поварихой-ореанкой.

– Лучше приступай к работе. – Она откидывает черную косу за спину, легонько ухмыляется, а затем возвращается к мытью посуды. – И не пропусти ни пятнышка.

Вторая фейри тихо смеется.

Грубо.

Я быстро отметаю идею Эмони «поболтать с другими слугами», потому что и без того ясно, что с этими двумя ничего не выйдет.

Но есть ли у меня вообще варианты…

Я снова смотрю на ночные горшки.

Она сказала, что в этом поместье есть канализация. В старом доме ее нет или, по крайней мере, больше нет – а это значит, что горшки принесли оттуда. И, выходит, там есть люди, которым приходится ими пользоваться.

Я прекрасно понимаю, что лорд Калл не сидит на корточках над горшком.

Значит, те новые ореанцы, которых лорд Калл держит здесь, сейчас в другом поместье. Я уверена в этом. И идеальный повод попасть туда сам упал мне в руки. Не в буквальном смысле, хвала богам, но все же.

Я делаю глубокий-глубокий вдох, подхожу к умывальнику и смотрю на покачивающуюся стопку и пару кожаных перчаток, лежащих на краю раковины. Я не успеваю зажать нос и тут же чувствую вонь, а еще вижу… оставшиеся следы.

– Вот гадость, – бурчу я.

Фейри снова надо мной смеются. Но я лишь откидываю за спину свои зачарованные волосы, натягиваю перчатки и принимаюсь за работу.

Не совсем так я представляла первую свою миссию в Вульмине, но могло быть и хуже. Если эта гора ночных горшков – единственное, что мешает мне найти ореанцев, тогда я отполирую их до чертова блеска.

Как там мне говорила Лу?

«Возьми ответственность за свою жизнь».

Думаю, мне представилась одна из возможностей это сделать.

Аурен

В комнате так жарко, что когда я заканчиваю, с меня течет пот, а пальцы не разгибаются, с такой силой я сжимала тряпку. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь позабыть эту вонь… но все ночные горшки чистые.

Я одна, потому, воспользовавшись возможностью, незаметно шмыгаю из комнаты в надежде найти Эмони. Но, заглянув в столовую, вижу, что она сидит на табурете-лестнице и под надзором Велиды выбивает лопаткой занавески.

У меня не хватает духу вмешаться.

Я разворачиваюсь и быстро ретируюсь. Придется одной идти в старый особняк, но я хотя бы знаю, что Велида сейчас занята.

В умывальной достаю из бельевого шкафа скатерть и складываю в нее чистые ночные горшки. Быстро собираю все в кучку и выхожу с этим импровизированным мешком. Поднявшись по ступеням, я быстро поворачиваю налево к старому особняку. Я иду вдоль живой изгороди, сохраняя бдительность, а металлические горшки позвякивают на каждом моем шагу.

Я не могу удержаться и смотрю на старый дом, цепляясь взглядом за трещины в сером камне, из-за которых крыша выглядит так, словно по ее черепице провели рифленым ножом.

Может, тут случился пожар, и с той поры поместье стало разрушаться, но у меня возникают в этом сомнения от одного только взгляда на него. По спине то и дело бегут мурашки, но я пытаюсь не обращать на них внимания, как и на ощущение, будто в сосуды мне вставили невидимую пробку, которая перекрыла ток крови.

Подойдя к входной двери, я оглядываюсь назад, но никого не вижу. Надо мной нависает лишь старый особняк, заколоченные окна которого так и смотрят на меня с подозрением. Вблизи опалины в стене больше напоминают вмятины, которые словно разрывают это поместье надвое.

Одной рукой я придерживаю края мешка, а другую протягиваю к дверной ручке, но дверь, разумеется, заперта. Снова оглянувшись, раздумываю, как поступить, но вдруг слышу, как по ту сторону кто-то бурчит. Я застываю, решая, не дать ли мне деру, но, бросив взгляд на собранный тюк, поднимаю руку и стучу кулаком в дверь.

Шепот прекращается, а мое сердце пропускает один удар, второй, третий…

Замок громко щелкает, дверь распахивается, и на пороге появляются двое стражников в красно-черной форме. Ну, я думаю, что это стражники, ведь на поясе у них висит по мечу, а вид у них по обыкновению раздраженный.

Тот, что открыл дверь, с белыми прядями в волосах, окидывает взглядом мой передник и взъерошенные волосы.

– Что?! – гаркает он.

Я приседаю в реверансе, решив, что, наверное, здесь так делают все слуги, и узелок громко бренчит.

– Я пришла передать вам это. Мне сказали прийти сюда.