Командир отряда? Мои брови вскидываются. Самые высокие звания среди кадетов в квадранте — командир крыла и командир секции. Обе должности занимают элитные третьекурсники. Второкурсники могут дослужиться до командиров отрядов, но только если они исключительные. Все остальные — просто кадеты до Молота, когда драконы выбирают, кого им связать, и всадники после. Люди здесь умирают слишком часто, чтобы раздавать звания преждевременно.

"Парапет" должен закончиться в ближайшие пару часов, в зависимости от того, как быстро кандидаты перейдут или упадут. Найди рыжую с рулетом — она обычно носит арбалет — и скажи ей, что Даин Аэтос взял в свой отряд и тебя, и Вайолет Сорренгайл. Если она станет расспрашивать тебя, скажи, что она в долгу передо мной за то, что я спас ее задницу на Молотьбе в прошлом году. Я скоро приведу Вайолет во двор".

Рианнон смотрит на меня, и я киваю.

"Идите, пока нас никто не увидел", — рявкает Даин.

"Иду", — отвечает она, засовывая ногу в сапог и быстро зашнуровывая его, пока я делаю то же самое со своим.

"Ты перешла через парапет в конных сапогах, которые были тебе велики?" спрашивает Даин, недоверчиво глядя на меня.

"Она бы умерла, не поменяй я свои". Я встаю и вздрагиваю, когда мое колено не выдерживает и пытается подкоситься.

"И ты умрешь, если мы не найдем тебе выход отсюда". Он предлагает свою руку. "Возьми ее. Нам нужно отнести тебя в мою комнату. Тебе нужно забинтовать колено". Его брови поднимаются. "Если только за последний год ты не нашла какое-то чудодейственное средство, о котором я не знаю?"

Я качаю головой и беру его за руку.

"Черт возьми, Вайолет. Черт возьми." Он незаметно прижимает мою руку к своему боку, берет рюкзак пустой рукой и ведет меня в туннель в конце ниши во внешней стене, которую я даже не заметила. Свет магов мерцает в бра, когда мы проходим мимо, и гаснет после того, как мы проходим. "Ты не должен быть здесь".

"Хорошо знаю". Я позволяю себе немного прихрамывать, поскольку теперь нас никто не видит.

"Ты должна быть в квадранте Скриба", — прорычал он, ведя меня по туннелю в стене. "Что, черт возьми, случилось? Пожалуйста, скажи мне, что ты не вызвалась добровольцем в квадрант Всадников".

"А что, по-твоему, произошло?" спрашиваю я, когда мы доходим до кованых ворот, которые выглядят так, будто их построили, чтобы не пустить тролля… или дракона.

Он ругается. "Твоя мать".

"Моя мать". Я киваю. "Каждый Сорренгайл — всадник, разве ты не знаешь?"

Мы доходим до круговых ступеней, и Даин ведет меня вверх, минуя первый и второй этажи, останавливается на третьем и открывает еще одни ворота, которые скрипят со звоном металла о металл.

"Это этаж второго курса", — тихо объясняет он. "Что означает…"

"Я не должна быть здесь, очевидно". Я прижимаюсь чуть ближе. "Не волнуйся — если нас кто-нибудь увидит, я просто скажу, что меня охватило вожделение с первого взгляда, и я не могла ждать ни секунды, чтобы вытащить тебя из штанов".

"Как всегда умница". Его губы трогает кривая улыбка, пока мы идем по коридору.

"Я могу добавить пару возгласов "О, Дайн", когда мы окажемся в твоей комнате, просто для правдоподобности", — предлагаю я, и на самом деле имею в виду это.

Он фыркает, когда опускает мой рюкзак перед деревянной дверью, затем делает крутящее движение рукой перед ручкой. Раздается щелчок замка.

"У тебя есть способности", — говорю я.

Это, конечно, не новость. Он всадник второго года обучения, и все всадники могут творить малую магию, когда их драконы решают направить их силу… но это… Даин.

"Не смотри так удивленно". Он закатывает глаза и открывает дверь, неся мою сумку, пока помогает мне войти внутрь.

Его комната проста: кровать, комод, стол и шкаф. В ней нет ничего личного, кроме нескольких книг на его столе. Я с чувством удовлетворения отмечаю, что одна из них — томик по Кровланскому языку, который я подарил ему перед отъездом прошлым летом. У него всегда был дар к языкам. Даже одеяло на его кровати простое, черное, как будто во время сна он может забыть, зачем он здесь. Окно арочное, и я подхожу к нему. Сквозь прозрачное стекло я вижу остальной Басгиат через овраг.

Это тот же самый военный колледж, но в то же время целый мир. На парапете стоят еще два кандидата, но я отворачиваюсь, прежде чем почувствую, что мне хочется просто посмотреть, как они падают. За день человек может вынести только столько смерти, а я нахожусь на своем гребаном максимуме.

"У вас тут есть упаковки?" Он протягивает мне рюкзак.

"Все получил от майора Гиллстеда", — отвечаю я кивком, сажусь на край его искусно заправленной кровати и начинаю рыться в рюкзаке. К счастью для меня, Мира упаковывает вещи бесконечно лучше, чем я, и упаковки легко найти.

"Чувствуй себя как дома". Он усмехается, прислонившись спиной к закрытой двери и зацепив одну лодыжку за другую. "Как бы я ни ненавидел то, что ты здесь, должен сказать, что видеть твое лицо более чем приятно, Ви".