Конечно, я хотела быть его девушкой. Черт, да будь моя воля, я бы каждую секунду вне работы проводила в его компании. Я надеялась, он понимал, во что ввязывался, ведь если его одержимость возникла относительно недавно, то моя зрела месяцами. И если мне представлялась возможность вцепиться в него своими когтями, отпускать его я уже не собиралась.

Он подался вперед, вторгаясь в мое пространство настолько резко, что у меня перехватило дыхание и заискрили нервы.

– Эли? Ты хочешь быть моей девушкой? Бонусом к должности идут оргазмы, снеки и, может быть, легкий сталкинг.

Я улыбнулась во весь рот.

– Да.

Он кинулся ко мне и поцеловал в щеку, и я не помнила, когда последний раз была так счастлива. Даже невзирая на мертвое тело в двух метрах от меня. Даже невзирая на то, что мне предстояло обратиться за помощью к последнему человеку, которого я хотела о чем-то просить. Джош отвлек меня от всего этого ужасного бардака и вместо этого сделал мне хорошо. Может быть, наши отношения начались не с той ноты, и может, нам еще многое предстояло выяснить друг о друге, помимо взаимной склонности к сталкингу, но решение стать девушкой Джоша показалось мне самым простым за долгое время. И, что бы ни случилось, какие бы секреты до сих пор ни хранил Джош, я сомневалась, что когда-нибудь об этом пожалею.

– Я думал, твой дядя гангстер низкого ранга, – сказал я Эли. Моей девушке.

– Так мне сказал папа, – ответила она, посматривая на виллу в итальянском стиле, к которой мы приближались. – Видимо, грязную работу хорошо оплачивают?

Я займусь с ней грязной работой, как только мы останемся одни. Мое растянувшееся в улыбке лицо уже начинало болеть, и все, о чем я мог думать, – это как мы разберемся со своими делами как можно быстрее, чтобы я мог затащить ее обратно домой и консумировать наши отношения.

Может, нам просто припарковаться багажником вперед, как самосвал, бросить тело Брэда на пороге, пожелать ее дяде удачи и умчать в закат, как отпетым похотливым нечестивцам, которыми мы и были? И нет, я не боялся говорить за нас обоих, потому что у Эли очень плохо получалось скрывать свои эмоции и она кидала на меня вожделеющие взгляды с тех пор, как я снял свою маску сталкера.

Я неохотно оторвал от нее взгляд и тоже посмотрел на возвышавшиеся перед нами ворота. Они были закрыты, но справа виднелась небольшая панель для звонка в будку охранника прямо за ними. Здесь кто-нибудь вообще бодрствовал в такой час?

Я получил ответ через минуту, когда Эли опустила стекло. Она едва успела нажать на красную кнопочку, когда динамики с треском ожили.

– Кто ты и какого хрена тебе надо? – спросил хрипучий мужской голос.

Я понимал, что сейчас едва брезжил рассвет, но мне все равно не понравилось, как этот мужик разговаривал с моей девушкой.

И вот мой неудержимый рот опять растянулся от уха до уха.

Моей девушкой.

Эли высунула голову из окна, вдохнув холодный ночной воздух.

– Я Алисса Каппеллуччи, племянница Нико.

Ворота бесшумно раскрылись, повернувшись на смазанных петлях.

Эли тронулась, и мы обменялись удивленными взглядами. Это показалось слишком просто. Они ожидали нас или охране был отдан приказ сразу впустить ее, если она когда-то появится? Учитывая слова Эли о том, насколько важна для Нико семья, последнее было вполне вероятно.

Тут мне пришла в голову неприятная мысль: ведь бандиты наверняка интересуются тру-краймом сильнее, чем кто-либо еще. Я был слишком занят планированием веселого голого времяпрепровождения для нас двоих, чтобы задуматься, чем это могло для меня обернуться. Что, если кого-нибудь привлечет моя внешность и он упомянет отца? Я сам должен был сообщить обо всем Эли; ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы она узнала об этом от кого-то другого, прежде чем я успею все ей объяснить. Она вполне могла перепугаться до смерти, если бы узнала. И я бы не мог ее винить.

Я открыл передний карман своего рюкзака и достал верные средства маскировки: темные очки и фальшивые усы. В свое оправдание скажу, что это были очень высококачественные фальшивые усы, выглядевшие очень натурально даже вблизи. Но, да, в них я все равно выглядел как реликт из фильмов про приятелей-копов из 80-х.

– А это ты сейчас что делаешь? – поинтересовалась Эли, когда я опустил солнцезащитную шторку и глянул в зеркало, чтобы поправить усы.

– Объясню потом. Обещаю, – сказал я, приглаживая кончики.

– Ты знаменитость или что?

– Или что, – сказал я, повернувшись к ней.

Она посмотрела на меня и покачала головой.

– Ты выглядишь…

Я вскинул бровь.

– Сексуально, да?

Она резко перевела взгляд на подъездную дорожку, когда мы миновали ворота. В окне мелькнула чья-то темная фигура, наблюдавшая за нами.

– Не стоит. Эта штука выглядит нелепо.

Я не смог удержаться, так что наклонился к ней поближе и прошептал:

– Но ты бы все равно была не против оседлать их. – Для убедительности я пощекотал ими краешек ее ушной раковины.