– Нет, не фанатка, – сказал он. – Она видит слишком много такого дерьма на работе и не понимает всеобщего помешательства. И… ну, серьезно, чувак. Ты думал, я приведу домой маньячелло?
Я нахмурился. Он производит отсев девушек ради меня?
– Я и не замечал, что ты такой избирательный.
Тайлер пожал плечами.
– Почему, по-твоему, ты в прошлом году ни разу не видел Эрику? Она поклонница «Моего любимого убийства», а они как раз рассказывали о твоем отце.
Вот почему Тайлер был моим лучшим другом, несмотря на все его скотские замашки. Он делал правильные, важные для меня вещи без дополнительных подсказок.
– То есть я избегал всех твоих подружек без причины? – спросил я.
Он невозмутимо оскалился.
– Ага.
– И ты не считал нужным говорить мне об этом до сегодняшнего дня, потому что?..
– Потому что мне не нужен соперник, если вдруг кто-то тебя хорошенько разглядит. Нам не нужна еще одна…
Я пригрозил ему пальцем.
– Ни слова о ситуации с Карой МакКинли.
Подружка Тайлера в колледже была той еще штучкой, и она просто из кожи вон лезла, чтобы встать между нами, но вовсе не в том смысле, в каком он думал. У Кары было практически на лбу написано «абьюзерша». Я рано заметил сигналы и пытался предупредить Тайлера, но он не слушал.
Ее поведение было как будто списано с методички моего отца. Она пыталась разлучить Тайлера со мной и со всеми остальными в его жизни. Я потерял счет случаям, когда она откровенно врала, чтобы манипулировать моим соседом и выставить себя жертвой. Она постоянно переиначивала события и подвергала сомнению здравомыслие Тайлера, когда он пытался ее поправить. Я говорил с ним несколько раз, когда они встречались, пытался указать ему на ее поведение, но он отказывался что-либо видеть, ослепленный сумасшедшей любовью.
Так что я решил взять ситуацию в свои руки. Я как-то застал Кару, роющуюся в вещах Тайлера в его отсутствие, загнал ее в угол и, глядя на нее немигающим взглядом и оскалив зубы, сообщил, кто мой отец, а также заявил, что, если она не оставит моего соседа в покое, его преступления покажутся ей детскими играми.
Она убежала из общежития. Еще она рассказала о произошедшем всем и каждому и настучала на меня в службу безопасности кампуса. Таким образом, моя тайна стала всеобщим достояниям, и в результате нам с Тайлером пришлось бросить это заведение.
Я ни о чем не сожалел, хотя Тайлер до сих пор считал, что я спугнул Кару, потому что она на меня запала или что-то такое.
Я покачал головой, глядя на соседа.
– Такое ощущение, что ты сам не хочешь оставлять меня наедине с Эли?
Он оттолкнулся от столешницы.
– Шутишь? Если бы я думал, что между вами может что-то случиться, я бы устлал прихожую лепестками роз, расставил бы везде свечи и врубил Марвина Гэя. Тебе нужно расслабиться, братан. Ты слишком много времени проводишь в одиночестве в своей комнате, и если все будет продолжаться в том же духе, ты заработаешь либо туннельный синдром, либо ранний артрит запястья.
Я застыл как статуя. Значит, он не против, чтобы я встречался с Эли? По моим венам пробежал чистый восторг. Теперь мне нужно перепрыгнуть на один барьер меньше, преодолеть меньше препятствий на пути к тому, чтобы сделать ее моей.
Вторая половина замечания Тайлера дошла до меня не сразу, потому что я слишком отвлекся на собственные мысли.
– Я не сижу и не дрочу в своей комнате 24/7.
Минуточку, почему я спорю? Ему лучше было думать, будто я стал хроническим мастурбатором, чем знать правду о том, как я на самом деле провожу последние дни.
– Я просто много работал, – солгал я.
Он смерил меня взглядом.
– Если ты так говоришь…
– Тебе разве не пора на свидание? – поинтересовался я. Ему нужно было уйти. Немедленно. Эли, наверное, уже подъезжала.
Тайлер посмотрел на часы.
– Черт! Сара убьет меня, если я снова опоздаю.
Я почувствовал легкость в груди, когда он побежал в свою комнату. Если у меня и был какой-то шанс помешать Эли понять, кто я, то Тайлера тут быть не должно.
Я барабанил пальцами по кофейному столику, слушая, как он собирается.
Ну же! Твои волосы выглядят нормально. Прекрати поправлять их перед зеркалом.
Я знал, что он сейчас делает, даже не глядя на него. Этот факт, скорее всего, свидетельствовал о том, что мы уже слишком долго жили вместе.
Через несколько минут он вернулся, одетый в стильное плотное пальто с приподнятым воротником, и остановился посреди гостиной. Он еще раз взглянул на меня, и у него между бровей пролегла складка.
– Ты точно в норме?
– Проваливай уже! – сказал я несколько грубее и резче, чем рассчитывал. У меня кончалось время.
Он холодно на меня посмотрел.
– Ладно, но звони, если что-то пойдет не так.
Я замахал на него, и он вышел из лофта с недовольным видом. Надо будет потом как-нибудь извиниться.