На пороге стоит Брэкс стоит в спортивной одежде и выглядит чертовски злым.

Он тут же набрасывается:

— Что, блядь, случилось той ночью? Где ты вообще был?

— Я не могу об этом говорить, и ты это знаешь, — отрезаю я.

Он хмурится.

— Правда? Мы снова будем играть в эту игру?

Из квартиры напротив выходит соседка.

Я жестом приглашаю его войти.

Он заходит, захлопывает за собой дверь и гаркнул:

— Мне нужны ответы. Ты не можешь просто исчезнуть и молчать.

Я шикаю на него.

— Говори тише.

Он замирает, глаза сужаются в щёлки, потом косится на дверь в гостиную.

— Почему? Кто там?

У меня бешено колотится сердце. Я не знаю, что ему сказать. Я не готов к этому разговору.

Он резко кивает назад.

— Ты вообще собираешься мне сказать, кто там? Почему скрываешь?

Я вздыхаю, провожу руками по лицу.

— Всё равно рано или поздно узнаешь.

— Узнаю что? — спрашивает он.

Я скрещиваю руки на груди, откидываюсь на стену.

— Зара спит в моей спальне.

Его шок, абсолютно предсказуем. Он взрывается:

— Ты трахаешься с Зарой?!

Я подхожу ближе и предупреждаю:

— Не говори о ней в таком ключе.

На смену шоку приходит замешательство.

— А как мне это называть?

— Всё сложнее, чем ты думаешь, — говорю я.

Он несколько секунд молча изучает меня, потом его взгляд падает на мою левую руку. Лицо искажается от ужаса, потом он снова смотрит мне в глаза.

— Почему на тебе кольцо?

Я прячу руку в карман.

— Не надо, Брэкс. Мне нужно хорошенько потренироваться. Пойдем в спортзал, а потом поговорим об этом.

— Нет, Шон. Рассказывай прямо сейчас, что, черт возьми, происходит. Хватит юлить, — рычит он.

У меня сжимается грудь. Я делаю несколько глубоких вдохов и, наконец, признаюсь:

— Мы с Зарой поженились.

Его глаза расширяются. Он смотрит на меня в полном шоке, потом уголки его губ дёргаются.

— Ты издеваешься надо мной.

— Нет.

Его лицо вытянулось.

— Ты серьезно? Женился?

— Да.

— Нахрена? Вы же даже не встречались! Или вы всё это время тайно крутили роман за нашими спинами? — спрашивает он.

Я качаю головой.

— Нет. Всё получилось само собой.

Он хмурится.

— Само собой? Тебя куда-то вызвали по секретному делу, ты вернулся — и ты женат? И это просто так?

У меня неприятно скручивает живот.

— Да.

— Как вообще можно попасть в такую ситуацию? — спрашивает он, повышая голос.

— Тихо, — одёргиваю я его.

Он косится на мою спрятанную руку и ругается:

— Чувак, я не знаю, во что ты вляпался, но это безумие. Ты должен мне всё рассказать. Кто эти люди? Чего они хотят?

Я игнорирую его и заявляю:

— Я переоденусь. Вернусь через минуту, и мы сможем пойти в спортзал.

— Почему твоя рука забинтована? — спрашивает он.

Я закрываю глаза. Я не хочу лгать Брэксу. Мы никогда не лгали друг другу. С того момента, как мы встретились, мы всегда были честны и поддерживали друг друга, но я не знаю, что именно мне разрешено рассказывать.

— Не тяни резину, — давит он.

Все равно скоро все увидят, напоминаю себе я. Я разворачиваю плёнку, показываю ему свою руку.

— Охренеть! Блять, это же адски больно.

Я усмехнулся, признавая:

— Ты бы видел Зару. Она перенесла всё как мужчина, а я, как девчонка.

Он выгибает брови.

— У Зары тоже есть такая на руке?

Заткнись, говорю я себе, но все равно отвечаю:

— Нет, на шее.

— Ауч! — Брэкс морщится.

Я киваю.

— Да, но она была... — Воспоминание о том, как я лежал на ней, пока она почти не жаловалась, по сравнению со мной, вспыхивает в голове. Я ухмыляюсь.

— Братишка, да ты уже поплыл, да? — насмехается он, вытаскивая меня из воспоминаний.

— Пойду переоденусь. Жди и сиди тихо.

— Да, сэр. Прислуживаю тебе, подклаблучник — поддразнивает он.

Я стону, иду в спальню, захожу в гардеробную. Натягиваю футболку, носки, кроссовки.

Быстро выглядываю и бросаю взгляд на Зару. Она все еще спит, поэтому я тихо выхожу из спальни и встречаю Брэкса у входной двери.

Он тычет пальцем в мою руку.

— Выглядит паршиво.

— Блять. Жди тут. — Я бегу в ванную и открываю банку с мазью, которая чудесным образом оказалась на моем столе вместе с рулоном пленки. Я наношу мазь на череп, обматываю его и возвращаюсь в гардероб.