— У вас есть две минуты, чтобы убедить невесту выбрать вас. Если она этого не сделает — вы выбываете. Если останется несколько незанятых мужчин, они тоже выбывают. Если невеста не выберет жениха, то сможет избежать свадьбы, но только до следующего раза. Тогда мы выберем ей супруга сами.

Меня охватывает ужас. Я не понимаю, как мой отец мог когда-либо это одобрить.

— Мне жаль тех из вас, кто не сможет завоевать свою невесту, — громко заявляет Валентина.

Раздается звук рога, и наступает момент, когда все замирает.

Она смотрит на часы.

— Время пошло, мальчики.

И вдруг все понимают, что делать. Начинается хаос: мужчины бросаются к женщинам, многие начинают говорить одновременно. Кто-то хватает невест и ведет их вперед.

Я нахожу рыжеволосую. Она потрясающе красива: сияющие волосы до середины спины, фарфоровая кожа, пухлые губы, ярко-зеленые глаза. Я почти делаю шаг к ней, но вдруг застываю.

Что она здесь делает?

Сердце бешено колотится, в ушах пульсирует кровь, горло пересыхает.

Этого не может быть.

Но реальность не изменить.

Другой мужчина пытается убедить Зару выйти за него. Я делаю шаг в ее сторону, но рыжеволосая хватает меня за запястье.

Я смотрю на неё.

С сильным ирландским акцентом она обеспокоенно спрашивает:

— Что ты делаешь?

— Прости. Я не могу, — отвечаю, стряхиваю ее руку и бросаюсь к Заре.

— Что ты здесь делаешь? — рявкаю я.

Она отрывает взгляд от мужчины, и ее лицо озаряется шоком.

— Шон?

Мне следовало ожидать, что она окажется здесь, учитывая ее связь с Преисподней, даже если она не хотела рассказывать мне детали.

Но она бы никогда не согласилась на такое.

Отдалась бы она незнакомцу на таких условиях?

Мужчина рядом с ней говорит:

— Я не знаю, кто этот парень, но я выбираю тебя. Я прошу тебя выбрать меня в ответ.

Она поворачивается к нему, приоткрывает рот, но не издает ни звука.

— Вали отсюда, — рявкаю я ему.

Он злобно смотрит на меня, и у меня возникает жуткое ощущение. В нем есть что-то знакомое.г

— Она моя избранная, — заявляет он, а затем смотрит на нее. — Я тот, кого ты изучала больше всего, разве не так?

Черт. Он был в ее папке.

— Я сказал, иди нахрен, — требую я.

— Я твой избранник, и ты это знаешь. Теперь возьми мою руку, — приказывает он, протягивая ей свою.

Зара смотрит на его руку, затем на меня.

Раздается звон колокола. Я оглядываюсь и понимаю, что все остальные уже образовали пары. Только мы трое остаемся одни.

Оглушительные крики толпы становятся еще громче, пока Валентина не выходит вперед и не поднимает руку. Арена погружается в тишину.

Она свирепо смотрит на меня и рычит:

— Ты не выбирал рыжую.

— Нет. Я выбираю Зару, — объявляю я.

Она огрызается:

— Такого варианта у тебя нет. Я даю тебе последний шанс. Выбирай мудро.

Зара

Мне приходится собрать всю свою силу, чтобы устоять на ногах. Внутри меня все дрожит, пока Валентина сверлит Шона своим огненным взглядом.

Он берет меня за руку, поднимает подбородок и уверенно объявляет:

— Я выбираю Зару.

Облегчение и страх обрушиваются на меня одновременно. Я не хочу выходить замуж за незнакомца, который стоит рядом со мной, даже если он и напоминал мне Шона на фотографиях.

Он ничуть не похож на Шона.

Я сжимаю руку Шона, когда гнев отражается на лице Валентины.

Напряжение растет, и вся арена сидит как на иголках, ожидая ее реакции.

Она подходит ближе и шепчет ему на ухо:

— Я разберусь с тобой позже. — Разворачивается и грациозно направляется к лысому мужчине.

Я бросаю взгляд на Шона, и он притягивает меня ближе.

Валентина встает рядом с рыжеволосой. Она спрашивает лысого мужчину:

— Почему ты выбрал ее? Разве тебе не было сказано выбрать Зару?

Он выглядит нервным. Мне кажется, что обычно он человек, который без колебаний заходит в темный переулок и выходит оттуда живым. Однако сейчас он выглядит напуганным до смерти.

— За нее уже боролись двое, — отвечает он.

Валентина выгибает бровь.

— И что? Ты трус?

Он сглатывает и молчит. Она делает шаг вперед, поднимает руку и мягко подталкивает его подбородок вверх кончиком пальца, чтобы он смотрел в небо.

— Видишь луну? — мурлычет она.

— Да, — отвечает он.

— Хорошо. — Она отпускает его, и он снова смотрит на нее. Затем она заявляет: — Это последний раз, когда ты ее видишь.