К концу тренировки ей удается блокировать мои удары, заставляя беспокойство в моей груди утихнуть. Я хватаю ее за шею, но она уклоняется от моей руки, ее ноги быстро двигаются.

— Хорошо, — бормочу я, заставляя ее усмехнуться. Я останавливаюсь и улыбаюсь ей, — На сегодня мы закончили.

Уинтер настороженно смотрит на меня, держась на безопасном расстоянии. Посмеиваясь, я качаю головой.

— Тренировка окончена, — я начинаю идти к двери, зовя, — Пойдем, жена.

Глава 21

УИНТЕР

После обеда Алексей переводит взгляд с Дэмиена на меня и говорит.

— Пойдемте со мной.

Мы следуем за ним в кабинет моего отца, и меня охватывает печаль, когда я сажусь за стол, за которым мой отец проводил большую часть своего времени, когда был дома.

Алексей открывает ноутбук и поворачивает его так, чтобы мы с Дэмиеном могли видеть экран, затем он говорит.

— С финансами все хорошо.

Мои глаза пробегают по цифрам и, указывая на общую сумму, я спрашиваю.

— Это то, сколько у меня... у нас есть?

Алексей ухмыляется.

— Да. Один миллиард пятьсот миллионов. Это не принимая во внимание бриллианты, которые у твоего отца в сейфе.

— Ты получил код от сейфа? — я спрашиваю.

Алексей качает головой.

— Мне пришлось взломать его. Нам нужно будет найти новый сейф, — он встает, чтобы взять маленькую деревянную коробочку, и когда он открывает ее, мой взгляд скользит по сверкающим бриллиантам. Алексей указывает на самый большой, — У меня есть покупатель. Он заплатит пятьдесят миллионов за него.

Мои глаза устремляются к Алексею, когда он начинает понимать, что со мной все будет в порядке в финансовом отношении. Более чем порядке.

— Спасибо, Алексей, — бормочу я, глядя на бриллианты.

— Не за что, — бормочет он, — Для этого и существует семья.

— Откуда ты знаешь, что это не подделка, а настоящий? — спрашивает Дэмиен, наклоняясь ближе.

Я беру пинцетом самый крупный бриллиант и подношу его поближе, чтобы он мог посмотреть, а затем объясняю.

— Есть несколько способов. Лично я предпочитаю наждачную бумагу. Если ты натрешь ею поддельный бриллиант, он поцарапается, тогда как с настоящим бриллиантом ничего не произойдет.

Дэмиен кивает, когда Алексей закрывает футляр и кладет его обратно в сейф. Когда он снова садится, Дэмиен спрашивает.

— Что ты знаешь о маршрутах контрабанды?

— Есть парочка. Ни одного наземного. По воздуху это проще, поскольку в Африке нет строгого пограничного контроля. Нашей самой большой проблемой будет иметь дело с боевиками, — взгляд Алексея останавливается на мне, — Для тебя будет небезопасно ехать.

Я мгновенно хмурюсь.

— Я знаю, что это будет небезопасно, но если я не займу твердую позицию, меня никогда не будут воспринимать всерьез в этом бизнесе.

— Мы поговорим об этом позже, — бормочет Дэмиен, а затем меняет тему, спрашивая, — Люди приедут завтра утром, верно?

— Да, мы отправимся в Италию, как только они будут здесь.

Дэмиен поднимается на ноги.

— Нам нужно многое подготовить, прежде чем мы уедем.

— Демитрий позаботится о том, чтобы самолет был готов, — говорит Алексей, и когда он тоже поднимается на ноги, я делаю то же самое.

Я смотрю, как мужчины уходят, гнев начинает закипать в моей груди.

Я не буду сидеть в стороне, пока Дэмиен ведет переговоры. Я отказываюсь.

Я выхожу из офиса и хватаю Дэмиена за руку, прежде чем он успевает спуститься по лестнице вместе с Алексеем. Он поворачивается ко мне с вопросительным взглядом.

Я жду, пока Алексей уйдет, затем говорю.

— Ты не будешь нападать без меня. Я говорила тебе, что не буду какой-то послушной женой, которая сидит дома, сложив руки.

Взгляд Дэмиена прикован к моему лицу, и он делает угрожающий шаг ближе ко мне.

— Боевики — это не Бланко, Принцесса. Они варвары. Если они доберутся до тебя, они используют тебя, прежде чем будут пытать. Недели, если не месяцы. Я не буду рисковать тобой.

— Я могу сражаться, — шиплю я на него.

Дэмиен движется быстро, и прежде чем я успеваю подумать, как отбиться от него, он толкает меня обратно к стене и, прижимаясь своим телом к моему, рычит.

— Отбивайся от меня.

Я пытаюсь вырваться из его хватки, но Дэмиен использует больше силы, чем я привыкла, удерживая меня. Когда мое дыхание учащается, он перемещает руку между моих ног и крепко сжимает меня.

Его лицо в дюйме от моего, он рычит.

— Я могу взять тебя прямо здесь, и ты не сможешь остановить меня. Как ты остановишь целую группу дикарей?

Мое тело расслабляется в его объятиях, а затем я шепчу.

— У меня есть ты, — я выдыхаю, не отрывая от него взгляда, — Ты никогда не позволишь, чтобы со мной что-нибудь случилось.