Дэмиен ослабляет хватку, а затем его рот обрушивается на мой. Поцелуй — это избиение и контроль, наказание за то, что я спорила с ним. Он опустошает мои губы и язык, пока они не начинают покалывать от трения, прежде чем его рот движется вниз по моему горлу.

Задыхаясь, я говорю.

— Я всегда буду в безопасности рядом с тобой. Не оставляй меня позади.

Дэмиен хватает меня за бедра и прижимает к своему телу. В тот момент, когда я обхватываю его ногами, он несет меня обратно в нашу спальню. Он пинком захлопывает за нами дверь и несет меня к кровати, куда бросает меня.

Мое сердцебиение ускоряется, когда он срывает с меня ботинки и штаны, и я пытаюсь подготовиться к его интенсивности. Дэмиен даже не потрудился раздеться. Он просто расстегивает ремень и расстегивает молнию на штанах. Освободив свой член, он раздвигает мои ноги и жестко входит в меня.

Он неумолим, когда берет меня, и это не занимает много времени, прежде чем мы оба задыхаемся от наших оргазмов, захватывающих наши тела.

Мое тело все еще сотрясается в конвульсиях, когда Дэмиен обхватывает меня рукой за шею и притягивает мое лицо ближе к своему.

— Я не поставлю тебя в положение, когда другой мужчина может забрать то, что принадлежит мне. Ты не будешь присутствовать при переговорах с боевиками. Не спорь со мной по этому поводу.

Я буду. Я найду способ убедить его. Может быть, не в этот момент, но определенно перед следующими переговорами.

Дэмиен, должно быть, видит вызов на моем лице, потому что его черты превращаются в гранит, когда он выпаливает.

— Твоя жизнь тебе больше не принадлежит, Принцесса. Ты принадлежишь мне, и тебе пора это понять. Когда я говорю «нет», это не подлежит обсуждению.

— Обо всем можно договориться, — бормочу я, — Обо всем, кроме смерти.

Глаза Дэмиена прищуриваются на моих, прежде чем он выходит из меня. Я смотрю, как он идет в ванную, его напряженная поза говорит мне, что он в бешенстве.

Вместо того, чтобы дать ему время успокоиться, я иду за ним.

— Я не какая-то хрупкая принцесса, Дэмиен. Я умею обращаться с оружием так же хорошо, как и ты. Не каждый бой приводит к рукопашному бою. Я буду вооружена до зубов во время встречи.

Он бросает на меня косой взгляд и кладет руки на стойку у раковины.

Я подхожу ближе и кладу руку ему на спину, наклоняясь к нему.

— Я покажу тебе, когда мы нападем на Бланко. Позволь мне доказать тебе, что я могу постоять за себя.

Дэмиен долго и пристально смотрит на меня, прежде чем ворчит.

— Если ты сделаешь хоть что-то не так, это обсуждение окончено, и ты будешь делать то, что я говорю.

По крайней мере, он дает мне шанс. Я киваю, соглашаясь.

— Это все, о чем я прошу. Просто дай мне шанс.

Он поднимает руку и, обернув ее вокруг моей шеи, притягивает меня к своему телу. Я чувствую его дыхание на своих волосах, прежде чем его губы скользят по моему уху и подбородку.

— Я не потеряю тебя, — шепчет он.

— Ты не потеряешь, — уверяю я его.

***

ДЭМИЕН

Каким-то образом Алексею удалось раздобыть план виллы Бланко. После того, как прибыли его шесть человек, все, конечно, русские, мы собираемся за обеденным столом, изучая лучший способ нападения.

— Нас десять человек. Мы должны разделиться на две группы. Одна атакует спереди, а другая прорывается сзади, — говорит Алексей, указывая на карту.

— Я возьму заднюю часть, — говорю я, — С Уинтер и тремя мужчинами. Мы можем использовать этот вход, чтобы проникнуть в дом.

— Тогда Демитрий и я будем атаковать спереди. Нам нужно действовать быстро. Мы не можем рисковать, используя взрывчатку, — он оглядывает комнату, — Все знают, как взломать замок? — его встречает хор ворчания, затем Алексей говорит. — Проверьте свое оружие, прежде чем мы отправимся, — он переводит взгляд с Уинтер на меня, пока мы проверяем наши Heckler & Koh, — Ты уверен, что она умеет стрелять?

Уинтер со вчерашнего дня в боевом настроении, и прежде чем она успевает что-то сказать Алексею, я хватаю ее сзади за шею.

— Да, — бормочу я, — Она хороша.

Я замечаю, как взгляды всех мужчин устремлены на Уинтер, и я быстро притягиваю ее к себе.

— Не смотрите на мою жену.

Они мгновенно смотрят куда угодно, только не на нее, а потом она, блять, хихикает.

Боже, помоги мне с этой женщиной.

— Время поохотиться, — говорит Алексей, и улыбка растягивает его губы, — Пойдемте.

Мы все выходим из столовой, и Уинтер освобождается от меня. Я следую за ней на кухню и смотрю, как она обнимает Дану на прощание.

Когда я вижу беспокойство на лице экономки, я говорю.

— Я привезу ее обратно. Живой.

Дана кивает мне.

— Пожалуйста. Она — все, что у меня есть.

Они обнимаются еще раз, прежде чем Уинтер возвращается ко мне, а затем мы выходим из дома к частному самолету. Нам потребуется три часа, чтобы добраться до Италии на нашем самолете, так что, по крайней мере, это короткая поездка.

Как только мы поднимаемся на борт, я оттаскиваю Уинтер назад, подальше от других мужчин. Я толкаю ее на сиденье в углу и сажусь рядом с ней.