Мой первый раз, когда я занимался сексом, и каждый раз после, был с Ириной, одной из горничных, работающих в поместье. Она научила меня всему, что я знаю о том, как доставить удовольствие женщине.

— Na zdoróv’je, — произносим мы тост, поднося рюмки ко рту. Водка обжигает мне горло, когда я проглатываю ее.

Телефон Алексея вибрирует, и после того, как он проверяет сообщение, он бормочет.

— В Нью-Йорке все готово.

— Руины? — так называется центр незаконной деятельности в Десолейшене, в Нью-Йорке. Как только мы с Карсоном закончим академию Святого Монарха, он, вероятно, станет и нашим первым пунктом назначения.

Алексей кивает, снова наполняя наши бокалы.

— У нас там собрание.

— Твой первый контракт? — спрашивает Карсон, поднимая свой напиток.

Я опускаю свой, прежде чем перевести взгляд на Алексея, когда он отвечает.

— Да.

Когда он больше ничего не говорит, я перевожу взгляд на Демитрия, который качает головой, чтобы я больше не задавал вопросов об их работе.

— Пей, — ворчит Алексей.

После третьей рюмки я начинаю чувствовать жар под воротником, а к пятой мой разум начинает затуманиваться.

— Тебе нужно практиковаться в стрельбе каждую секунду, когда есть возможность, — говорит Алексей Карсону, который просто кивает в ответ.

— А ты, — говорит Демитрий, глядя мне в глаза, — Тебе лучше тренироваться каждый день. Не позорь меня, когда начнешь в академии Святого Монарха.

— Конечно, — бормочу я, снова поднося стакан к губам.

Алексей жестом обводит стол своим бокалом.

— Не доверяйте никому, кроме мужчин, сидящих за этим столом.

Мы с Карсоном оба киваем.

Как только мы допиваем бутылку водки, Демитрий встает, что заставляет остальных из нас подняться на ноги.

— Теперь испытание.

— Испытание? — спрашиваю я, делая все возможное, чтобы не шататься, как пьяный дурак, пока мы идем вглубь клуба.

Демитрий и Алексей не объясняют, что представляет из себя это испытание, и мы с Карсоном обмениваемся обеспокоенными взглядами.

Им лучше не ждать, что мы кого-то застрелим. Я не смогу целиться прямо, когда алкоголь заполнит мои вены.

Нас ведут по коридору, ковер под ногами темно-бордового цвета. Алексей тащит Карсона в комнату, а я следую за Демитрием в другую.

Женщина встает с того места, где она сидела на кровати. Ее глаза жадно скользят по мне, отчего одна из моих бровей приподнимается.

— Это и есть испытание? — я спрашиваю.

— Это Леони. Я сам выбрал ее для тебя, — глаза Демитрия встречаются с моими, — Ты должен заставить ее кончить. Не покидай эту комнату, пока не доведешь дело до конца, — приказывает Демитрий, а затем выходит.

Я смотрю, как мой брат закрывает за собой дверь, прежде чем снова поворачиваюсь к Леони.

Улыбка все еще на ее губах. Я видел не много шлюх, если Леони являлась ею. Она не похожа на них, с ее светлыми волосами, янтарными глазами и нежной бледной кожей.

Я не собираюсь облажаться. Это будет позор, которого я никогда не переживу.

Решительно я сокращаю расстояние между нами. Леони откидывает голову назад, когда я останавливаюсь в паре дюймов от нее. На мгновение наши взгляды встречаются, а затем я бормочу.

— Снимай одежду.

Я смотрю, как она раздевается, и когда она снимает трусики, у меня встает при виде ее обнаженного тела.

— Ложись на кровать, — приказываю я, что она немедленно и делает.

Все еще одетый в мой костюм-тройку, я ползу по ее телу. Когда Леони тянется к моему ремню, я качаю головой.

— Не двигайся.

Замирая подо мной, тепло согревает ее глаза, и это заставляет уголок моего рта приподняться.

Ирина была права. Женщины любят мужчин, которые берут на себя контроль.

Мне не требуется много времени, чтобы подготовить Леони для меня, и после того, как я надеваю презерватив, я беру ее жестко и быстро, что заставляет ее кричать от оргазма, чтобы все слышали.

Мое собственное удовольствие исчезает так же быстро, как и появилось, и после того, как я избавился от презерватива, я поправляю свою одежду, прежде чем оставить Леони голой и бездыханной на кровати.

Я возвращаюсь к столу, где ждут Демитрий и Алексей. Не видя Карсона, уголок моего рта приподнимается с чувством победы.

Я сажусь на свое место и, взяв рымку перед собой, выпиваю ее, прежде чем встретиться взглядом со своим братом.

— Хорошо, — бормочет он, гордость сияет в его глазах, — Чему ты научился?

Качая головой, я издаю смешок.

— Женщину легко удовлетворить?

— Что еще? — Демитрий спрашивает. Когда я пожимаю плечами, он опирается локтями на темное дерево, его глаза встречаются с моими. — Это самое близкое, что ты когда-либо получишь от женщины. Если ты женишься, это для того, чтобы укрепить свое положение в Руинах. В нашем мире нет места любви. Твоя преданность всегда будет принадлежать тому, кого ты охраняешь, а это значит, что он или она будет владеть твоим сердцем, твоей душой и твоим телом.

Карсон садится рядом со мной и, переводя на него взгляд, я ворчу.