Блять.

Я киваю.

— Хорошо. Мы атакуем, — я переключаю свое внимание на Франко, — Вызови всю охрану из дома. Пусть они принесут ракетницу. Оставь только Лео с моей тетей.

— Да, сэр.

Я чувствую волнение, страх танцует по краям темноты, надвигающейся на меня.

Затем осознание снова ударяет.

У Умбрии моя жена, любовь всей моей гребаной жизни.

Мое сердце.

Моя душа.

Боже, если Елена умрет. Если с ней что-нибудь случится. Я разорву этот гребаный мир на части.

Мое сердце сжимается, мои мышцы напрягаются, мои руки жаждут мести.

Я, блять, устрою ад на земле, чтобы вернуть ее.

Я тянусь за спину и вытаскиваю свой Glock, а затем смотрю на имя Котрони, выгравированное по бокам.

— Ты не даешь второго шанса. В нашем мире нет места милосердию. Не проявляй слабости и страха. Никогда не колеблись и не сомневайся в себе. Будь уверен. Будь жесток. Ты должен заставить их бояться тебя. Вот в чем наша сила.

Слова моего отца эхом отдаются во мне.

Сегодня я либо присоединюсь к своему отцу, либо покажу всей чертовой планете, чтобы они больше никогда не связывались со мной. Никогда не прикасались к тому, что принадлежит мне.

Я поднимаю глаза на Алексея.

— Если я пойду ко дну, это будет война.

— Я буду рядом с тобой, брат, — говорит он без страха в глазах.

Я достаю из потайного отделения дополнительные патроны и оружие, которые мы всегда держим во внедорожнике, и начинаю распихивать обоймы по карманам.

Никакого страха.

Никакой пощады.

Я иду, amore mio — любовь моя.

* * *

ЕЛЕНА

Моя мать снова приставляет пистолет к голове моего отца.

— Я так долго ждала этого момента, — усмехается она, — Могущественный Валентино Лукас пал.

Мои глаза мечутся по комнате в поисках оружия или способа выбраться.

Ты должна что-то сделать, Елена. До того, как сюда приедет Люциан.

Мой взгляд падает на нож для вскрытия писем на столе моего отца, и как только я двигаюсь, в воздухе раздается выстрел. Пуля врезается в стену позади меня, вырывая из меня крик, когда я отскакиваю в испуге.

— Не двигайся, — кричит моя мать, — Ты мне просто нужна живой, а не целой и невредимой, — угрожает она.

Дрожа, как осиновый лист, я сижу, застыв.

Она переводит взгляд с моего отца на меня, ее черты напряжены от жажды мести.

— Я удивлена, что она все еще жива. Я не думала, что ты оставишь ее в живых.

Мой отец молчит, в его глазах нет никаких эмоций.

— Видишь ли, — продолжает она, откидываясь на спинку дубового стола, — Валентино хотел сына. Ему не нужна была дочь. Мне потребовалось семнадцать часов, чтобы родить тебя, а потом он избил меня до полусмерти, потому что я родила девочку,

Ее слова причиняют боль, каждое разрывает мое сердце. На мгновение я начинаю испытывать к ней сострадание.

— Меня оставили умирать на обочине дороги, — моя мать указывает на охранника рядом со мной, — Где Зевс нашел меня. Он позаботился обо мне, а затем научил меня всему, что мне нужно было знать, чтобы я могла отомстить.

Боже.

В ужасе мой взгляд падает на моего отца.

Я не могу поверить, что я происхожу из такой жестокости.

Осознавая, что Люциан может быть здесь в любой момент, я спрашиваю.

— Почему ты убила мистера Котрони? Почему ты преследуешь Люциана?

Моя мать издает горький смешок.

— Я была помолвлена с Лукой. Я была влюблена и счастлива, а потом он встретил Дороти, и меня отдали Валентино. Выбросили, как мусор.

Она отталкивается от стола, ее полные ненависти глаза пристально смотрят на моего отца.

— Если бы Лука сдержал свое обещание, данное мне, я бы не была неоднократно изнасилована этим монстром, — она снова бьет моего отца, пока кровь не течет у него изо рта и носа.

— Люциан невиновен, — утверждаю я, просто желая спасти его жизнь. Мне все равно, что она сделает с моим отцом.

У нее вырывается еще один горький смешок.

— То немногое, что есть невинного в этом мире, разрушено такими людьми, как Котрони и твой отец.

— Почему ты ждала двадцать один год? — я кричу. — Ты просто оставила меня с ними, зная, на что он был способен!

— Ты всего лишь напоминание о мучениях, которые я перенесла, — ее лицо превращается в камень, — У меня была только одна цель — создать армию из ничего, чтобы уничтожить их. Сегодня мафия падает.

Я смотрю на двух монстров, которые создали меня в ненависти, и это обнажает мою душу.

Таким бы было мое будущее, если бы меня заставили выйти замуж за Данте?

Часть меня понимает боль моей матери, и я пытаюсь урезонить ее.

— Люциан спас меня от той же участи, как и твоя. Я люблю его.

— Нет такой вещи, как любовь, — выплевывает она.

— Это ты убила Кабельо? — внезапно спрашивает мой отец.

Моя мама смеется.

— До него было легче всего добраться. Я утопила его в ванне с кислотой.