Я никогда ничего так сильно не хотел. Мне нужно быть похороненным глубоко внутри ее тепла. Я должен заявить на нее права.

Глава 23

ЕЛЕНА

Я не нервничала, как в день нашей свадьбы. Не после сегодняшнего дня. Не после того, как чуть не потеряла Люциана.

Голод. Неподдельная похоть. Любовь. Это все, что я вижу на лице Люциана.

В нем нет жестокости. Никакого разврата. Никакой ненависти.

Мой разум затуманен моим желанием к Люциану. От его поцелуев у меня кружится голова, перехватывает дыхание, и я нуждаюсь в нем больше. От его прикосновения моя кожа загорается, по телу пробегают мурашки. У меня болит живот от ощущения его эрекции, трущейся об меня.

Боже. Боже. Боже.

Я никогда не испытывала ничего настолько всепоглощающего.

— Люциан, твой телефон продолжает звонить, — кричит тетя Урсула из-за пределов комнаты, и это разрушает интимный момент.

Тем не менее, Люциан не отпускает меня.

— Я выйду через пару минут. Пусть переадресует на голосовую почту, — отвечает он.

Уголок его рта приподнимается, когда он смотрит на меня, его желание нисколько не уменьшается.

Снова его большой палец касается моего соска, заставляя мой живот сжиматься от сладкой боли.

То, что он заставляет меня чувствовать — это неописуемо. Я опьянена и жажду большего.

Еще одно прикосновение его большого пальца, и моя спина выгибается, сильнее прижимая мою грудь к его ладони и вырывая у меня стон.

— Блять, — Люциан делает шаг назад.

Мои ноги опускаются на пол, и мне приходится прислониться к шкафу, потому что в ногах нет сил.

— Тебе нужно уйти, или я трахну тебя прямо сейчас, — говорит он, его голос низкий и грубый от страсти, которую мы только что разделили.

— Дай мне секунду. У меня онемели ноги, — отвечаю я, все еще задыхаясь от его прикосновений и поцелуев.

— Господи, — он сжимает руки в кулаки, его глаза сверлят мои.

Похоже, он собирается потерять контроль в любую секунду, и тогда мой взгляд опускается на его эрекцию, натягивающую ткань его спортивных штанов.

Матерь Божья.

— Уходи, Елена. Сейчас же, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

Выбегая из комнаты, я поправляю лифчик, футболку и волосы. Наверху лестницы я останавливаюсь, чтобы перевести дух от желания, которое я все еще чувствую.

Боже мой, это было напряженно.

И это была только прелюдия.

Каково это — заниматься любовью с Люцианом?

Я прикладываю руку к своей раскрасневшейся щеке, пытаясь охладить кожу.

Затем мои губы изгибаются, потому что вместо того, чтобы бояться момента, когда мы займемся сексом, эта мысль только наполняет меня предвкушением.

Я спускаюсь по лестнице и иду на кухню. Тетя Урсула смотрит на меня, ее руки не прекращают месить тесто.

— С Люцианом все в порядке?

Я киваю.

— Да, ему просто нужно было время, — я останавливаюсь рядом с ней, — Что я могу сделать?

— Ты можешь взбить яйца. Нужно два.

Я достаю их из холодильника и разбиваю в миску. Движение на лестнице привлекает мое внимание, и я смотрю, как Люциан идет в гостиную. Он выглядит спокойным и собранным, как будто это не он только что поджег мое тело.

Мои руки двигаются автоматически, не в силах оторвать взгляд от Люциана, когда он опускается на диван, проверяя свои сообщения.

Я начинаю взбивать яйца, мое внимание совсем не сосредоточено на том, что я делаю.

Я помню, как впервые увидела Люциана. Мрачное выражение его лица, когда он поправлял манжеты. Когда он потребовал рассказать, что я делала в академии Святого Монарха. Урок стрельбы.

Мои глаза скользят по привлекательному лицу Люциана, щетине на его подбородке, его широким плечам, венам, струящимся по его рукам. Его руки.

Боже, его руки ощущались так приятно на моем теле.

Я прикусываю нижнюю губу, когда наш первый поцелуй вспыхивает в моей памяти. Он пришел за мной, когда на него напали. Когда он вылез из машины, и я впервые стала свидетелем его убийства. Ночь, когда я поделилась с ним своей самой темной тайной. Обещание, которое он дал и сдержал.

Прошло всего шесть недель?

Кажется, что больше.

Люциан смотрит на меня, нажимая кнопку набора номера на своем телефоне, затем он прикладывает устройство к уху. Наши взгляды встречаются, и между нами мгновенно вспыхивает желание.

— Dio! — Боже! Ты переборщила с яйцами, — восклицает тетя Урсула, — Они скоро превратятся в комки.

— Ох, извини, — говорю я, глядя вниз на беспорядок, который я устроила, — Я начну все сначала, — я беру два новых яйца и выбрасываю переделанные.

— Не волнуйся, cara — дорогая, — тетя Урсула забирает у меня миску, — Иди посиди с Люцианом. Я вижу, что ты думаешь о другом.

Мои щеки пылают, но я отвлекаюсь от готовки и иду в гостиную. Когда я сажусь рядом с Люцианом, он берет мою левую руку и целует кольцо на моем пальце.