– Ты любишь не меня, Каллан. Тебе нравится сама мысль обо мне, – мягко возразила Скарлетт.

– Не тебе указывать, что я испытываю, – огрызнулся он. – И без того достаточно людей, которые то и дело твердят, как мне реагировать и что делать. Не становись одной из них.

– Мне пора идти, – сказала Скарлетт, отступая от него и нагибаясь за валяющимся на полу платьем.

– Идти? Ведь ты только что приняла отвар. Тебе нельзя, – запротестовал Каллан, перекрывая ей дорогу.

– Не загоняй меня в клетку, Каллан, – прошептала она.

Он ничего не ответил, и она обошла его и начала собирать платье, кинжал и нижнее белье. Скарлетт повернулась, чтобы направиться в ванную комнату, но он снова преградил ей путь.

– Не хочешь быть привязанной к престолу? Хорошо, не будем.

– Ты должен стать королем, Каллан!

– Я отрекусь в пользу Евы. Пусть она правит, а мы с тобой растворимся в тени.

– О, Каллан, – вздохнула Скарлетт, опять принимаясь плакать. – Ты создан не для тени, а для света.

– Ты просила не загонять тебя в клетку. Теперь я прошу не позволять мне в ней оставаться. – Поскольку Скарлетт держала в руках охапку вещей, он схватил ее за локти.

– Я не твое спасение, – прошептала она. В груди как будто что-то треснуло.

– Нет, Скарлетт, – ответил он, – я буду сожалеть, если позволю тебе ускользнуть.

Он прильнул к ее губам, и она выронила то, что держала в руках. Одеяло соскользнуло с ее плеч. Он прижал ее спиной к стене, покрывая поцелуями скулы, шею, спускаясь ниже, к груди. Она застонала, когда он провел ладонью по соску, одновременно взяв второй в рот. Ее руки блуждали по его спине, груди, волосам. Все это так ей знакомо, так манит в клетку.

Принц подхватил ее под ягодицы и приподнял, а она обвила ногами его талию. Спустив штаны, он взял ее на весу, прижав спиной к стене, и она кончила, зарывшись лицом ему в плечо.

Каллан отнес ее к камину и, сев в кресло, устроил у себя на коленях и прижал к своей груди. Он поглаживал ее по спине, успокаивающе и лениво, пока она не заснула, вдыхая его запах.

Когда через несколько часов Скарлетт открыла глаза, то обнаружила, что их обнаженные тела, до сих пор сплетенные в объятии, прикрыты одеялом. Огонь в камине догорел, Каллан глубоко и ровно дышал во сне. Она всмотрелась в черты его лица: скулы и линию челюсти, губы и упавшую на глаза челку.

За последний год похищения детей почти прекратились. Похоже, планы по их перемещению и охране приносили плоды. Теперь они теряли всего по одному ребенку каждые две недели. Все равно слишком много, но не сравнимо с тем, что было раньше. Вчера Каллан прямо спросил консула своего отца о пропавших сиротах. Он не уточнил, откуда именно те пропадают, просто сказал, что до него дошли слухи и он хотел бы знать, какие меры приняты для решения вопроса. Никто, похоже, ничего не знал, но пообещали выяснить. Значит, пришло время Скарлетт вернуться обратно в тень и довольствоваться записками и наблюдением за принцем из укрытия среди ветвей деревьев. Дать ему возможность найти девушку, которая могла бы стать той, кто ему нужен. Скарлетт была к этому готова. Она любила его настолько сильно, что принесла бы эту жертву.

Наклонившись, она запечатлела на его щеке легкий поцелуй и со всей возможной осторожностью – ее обучение не прошло даром! – выбралась из-под одеяла. Бесшумно, как призрак, которым, по сути, и являлась, девушка пристегнула к бедру кинжал, надела нижнее белье и платье. Найдя на столе перо и бумагу, написала записку и оставила ее на подушке.

Найди ту, кто поможет тебе сиять, Каллан.

Забудь о той, которая утянет во тьму.

В платье выбраться через окно было бы затруднительно, поэтому пришлось воспользоваться дверью. При виде стоящего на страже Финна Скарлетт остановилась. В ее глазах блеснули слезы, а он поджал губы.

– Он будет бушевать, когда проснется, – прошептала она с дрожью в голосе.

– Не он один будет по тебе скучать, – ответил Финн и низко ей поклонился.

– Не позволяй ему меня ждать, – сказала она, шагая к Финну. Он притянул ее в объятия и крепко прижал к себе. – Проследи, чтобы он нашел себе другую.

– Сделаю все возможное, – пообещал он, отстраняясь от нее.

Скарлетт быстро прошла по коридору, два раза свернула налево, потом направо и нырнула за гобелен, скрывавший потайной ход в катакомбы и туннели под замком. Тут она могла ориентироваться в темноте. Освещать дорогу не было необходимости.

Слезы катились по щекам, когда она торопливо шла по проходу, держа в руках свои туфельки и гребни для волос. В голове вихрем проносились мысли, ноги шагали привычной дорогой. Почти добравшись до выхода, она с кем-то столкнулась.

– Кассиус? – ахнула она.

– Нет, но ты отправила его прямиком к нам, за что тебе большое спасибо.

Прежде чем Скарлетт успела отреагировать, нос и рот ей зажали тряпкой, и через несколько секунд она потеряла сознание.