— Уже пообедали?

— У нас была только одна пара, дядя. Считай выходной. Да, Эда?

Я активно киваю.

— Ну я как взрослый должен позаботиться о детях, — добродушно улыбается Александр Степанович и подзывает жестом официанта.

Мне становится страшно неудобно, когда спрашивают, что я буду заказывать. Я не знаю здешних цен, но уверена, что не могу себе здесь ничего позволить. Разве что чашку чая. И то не факт.

— Никакого чая, — заявляет Александр Степанович. — Мясо любишь, Эдита?

— Люблю. Но ничего не нужно заказывать. Пожалуйста.

— Значит будет теплый салат с утиной грудкой. Какой-нибудь шоколадный десерт и только потом чай. Или, может, хочешь вина, Эдита?

— Нет, спасибо. Чая хватит.

— Правильно. Хорошая девочка. Пусть алкоголь останется для таких стариков, как я.

Я снова ловлю на себе выразительный взгляд Александра Степановича. Он тормозит на моих губах, затем шее и снова переключается на официанта.

Когда заказ сделан за нашим столиком на несколько секунд виснет пауза. Первым не выдерживает Миша:

— Так, о чем ты с нами хотел поговорить, дядя?

— Дело одно есть. И вы для него идеально подходите.

Нервным движением ладоней разглаживаю маленький белый передник официантки и тихо выдыхаю. Смотрю на себя в зеркало и до сих пор не верю, что согласилась на всю эту авантюру, предложенную Александром Степановичем.

Это точно я сделала? Или какая-то другая Эдита? Может, я просто сплю?

Ощутимо щипаю себя за предплечье. Но ничего не происходит. Я всё еще стою в своей комнате перед старым ростовым зеркалом, одетая, в униформу официантки. Темно-синее плотное и обтягивающее платье длинной выше колена. Белый передник и золотистый бейджик с фейковым именем.

Волосы я только что тщательно собрала в большую «шишку» на затылке и долго провозилась с отдельными торчащими волосками у висков. Теперь всё выглядит идеально «прилизанно».

Перекатываюсь с пятки на носок. Обувь у меня своя. Черные балетки без каких-либо блестящих камушек и бантиков.

Снова смотрю на себя и всё равно не узнаю. Может, на меня сейчас смотрит та самая Эдита, которая несколько дней назад уверенно сказала «да» на необычное предложение Александра Степановича?

У него к нам с Мишей есть одно дело. Убедил, что ничего опасного и сложного делать не придется. Разве что… Немного поиграть в шпионов. Звучит смешно и несерьезно, только вот мне смеяться совсем не хочется.

Через полчаса за мной заедет машина, которая отвезет в загородный особняк. Сегодня в этом особняке проходит праздник. Соберется очень много людей. Александру Степановичу нужны их фото. И если получится — запись разговоров. Всех, какие только получится сделать. А сделать это нужно, конечно же, незаметно.

Мы с Мишей — единственные пока что никому не известные лица в редакции Куницына. На это и сделана ставка.

Меня до трясучки пугает такое «задание». Но в то же время определенная часть меня хочет рискнуть.

Ты же хотела серьезной практики, Эдита. Вот получай, пожалуйста.

Александр Степанович пообещал оплатить…хм… нашу услугу. А деньги мне сейчас нужны. Очень.

Ксюша не шутила насчет того, что может съехать. Вчера она забрала из квартиры свои последние вещи и… уехала. Куда и к кому — понятия не имею. Мне всё еще до слез обидно из-за того, что наша дружба вот так глупо разрушилась. Разрушилась из-за мужчины, которого я всего-то видела два раза в своей жизни. И, надеюсь, больше никогда не увижу.

Я могла бы попробовать решить вопрос с жильем, обратившись в общежитие нашего универа. Но мама категорически против этого. Она убеждена, что пьянки и гулянки, которые там никогда не прекращаются, будут только мешать мне учиться и, не дай бог, собьют с правильного пути.

Эх, мамочка, знала бы ты, куда твоя дочь решила влезть.

Конечно, я об этой авантюре маме никогда и ничего не расскажу. Себя успокаиваю тем, что врать ей технически и не придется. Я просто… опущу некоторые события. В конце концов, не каждый день подворачивается возможность набраться профессионального опыта и подзаработать денег.

Надеваю пальто. Потуже затягиваю пояс на талии.

Волнение множится во мне и в то же время большая его часть трансформируется в легкий азарт. Он мне… нравится. Маленькая тихоня-Эдита совсем не в восторге от того, что происходит. Но я поглубже заталкиваю ее в свое сознание и бодро выхожу.

Вместо уже знакомого форда меня встречает большой черный внедорожник. Александр Степанович пообещал, что машина, которая отвезет нас на мероприятие, потом обязательно заберет. Учитывая, что уже сейчас на город опускаются сумерки, Куницыну стоит отдать должное, о своих работниках он заботится. Пусть эти работники всего лишь практиканты.