– А что, если они не примут твоего парня-киллера? Что ты будешь делать тогда? – спрашивает он. Его голос звучит спокойно, но в нем слышится легкая нотка тревоги.

– О, я даже не знаю, наверное брошу тебя, – говорю я, прикусывая нижнюю губу.

– Неужели? – спрашивает он, нежно касаясь моих губ. – Конечно, ты могла бы попытаться. Однако так просто ты от меня не отделаешься. – Он слегка проводит пальцем по моему бедру, вызывая мурашки. – Давай, милая, нам нужно подготовиться к вечеру, и я хочу провести с тобой хотя бы полчаса под душем.

Он неохотно прерывает поцелуй, оставляя меня в состоянии крайнего возбуждения. Меня расстраивает, что он прав – к мамочке опаздывать нельзя.

Грейсон протягивает руку, и я переплетаю наши пальцы, позволяя ему поднять меня с дивана.

Полчаса растянулись на час. Никогда раньше я не принимала душ так долго. Грейсон, кажется, чувствует мое волнение, и с тех пор, как мы сели в машину, не отпускает мою руку.

Сейчас мы сидим за тем же столом, за которым я подставила ему подножку несколько месяцев назад. Я нервно трясу ногой, ожидая прихода моих родителей.

– Не волнуйся, солнышко, все будет хорошо, – говорит Грейсон, сжимая мое бедро, и, шумно выдохнув, я поворачиваюсь к нему. – Это всего лишь ужин с родителями, и я обещаю вести себя безупречно, – шепчет он, заправляя мои волосы за ухо. – Правда, если кто-нибудь снова ворвется в ресторан с пистолетом, у нас могут возникнуть проблемы.

Я не могу сдержать смех.

– Хотя я не возражаю против повторения того, что произошло потом. – Его глубокий голос полон желания, и я чувствую, как мои бедра сжимаются в ответ.

Внезапно я вздрагиваю, услышав голос мамы, которая сообщает хостес о своем приходе. Но Грейсон, улыбаясь, целует меня в щеку, и это придает мне уверенности. Я расправляю плечи и обращаю взгляд к входным дверям.

– Привет! – говорю я.

В отличие от папы, который, подойдя ближе, взъерошивает мои волосы и приветливо улыбается, мама почти не обращает на меня внимания. Родители занимают места напротив нас, Грейсон встает и протягивает руку моему отцу, который с радостью принимает его крепкое рукопожатие.

– Рад снова видеть вас, мистер Питерс.

– Взаимно. Грейсон, не так ли? – спрашивает папа с улыбкой.

Хорошо, один уже готов, осталась вторая.

Грейсон протягивает ей руку, но мама с недоверием смотрит на него, а затем переводит взгляд на меня, и в ее глазах появляется отвращение.

– Мам, это Грейсон, мой парень, – представляю его я.

– Да, мы уже встречались, – с презрительной усмешкой произносит она.

– Кэрол, – предостерегает отец, глядя на меня с извиняющейся улыбкой.

На несколько секунд повисает тишина, которую прерывает официант, подошедший к нашему столику.

Я беру Грейсона за руку, которая лежит у меня на бедре, и сжимаю ее, пытаясь успокоиться.

Невыносимая женщина.

– Могу ли я предложить вам что-нибудь выпить? – спрашивает официант.

– Воды, пожалуйста, – прошу я, и, как только официант уходит, внимание мамы возвращается ко мне.

– И сколько времени вы уже вместе?

– Мы вместе четыре месяца, но знакомы больше года, – отвечает Грейсон, и мама закатывает глаза.

– Ну, мама, выкладывай. Признайся, что ты на самом деле думаешь. Мне надоело видеть эти презрительные взгляды и слышать твои язвительные комментарии.

Грейсон легонько похлопывает меня по колену, пытаясь успокоить, и я переплетаю наши пальцы, ожидая ее ответа.

– Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Если этот человек тебе нравится, то ты сделала неправильный выбор. Я не знала, что тебя привлекают бандиты. И к тому же он вряд ли сможет предложить тебе что-то серьезное. Скорее всего, он просто использует тебя, и ты сама знаешь почему. – Мама оглядывает меня с ног до головы, как будто я какая-то дешевая шлюха, и наступает моя очередь сжать руку Грейсона, чтобы его успокоить.

За последние четыре месяца я поняла, что мой мужчина готов пойти на все, чтобы защитить меня, даже если это будет стоить ему репутации.

– Не позволяй ее словам задеть тебя. Я люблю тебя, солнышко, – шепчет он.

Долгие годы моя мать унижала меня, заставляя чувствовать себя неполноценной. Из-за этого я наполняла свою голову сказочными фантазиями, хотя на самом деле все, что мне нужно, находится рядом со мной.

Мама прячет лицо за меню, но я решительно забираю папку из ее рук.

– Я беременна, – выпаливаю я.

– Поздравляю, дорогая! – с улыбкой восклицает папа, и его лицо озаряется радостью. Однако мама начинает хихикать, словно какая-то злая ведьма.

– Только не говори мне, что ты намерена оставить ребенка, – с желчью в голосе произносит она, и обида, которую я испытываю в этот момент, мгновенно сменяется гневом.