– Да как ты смеешь так говорить! – восклицаю я, и Грейсон, видя мое состояние, пододвигается ближе и обнимает меня за плечи. – Нет, с меня довольно! Как ты можешь так говорить о своем первом внуке? Как ты смеешь продолжать общаться со мной в таком тоне? С меня хватит! Я годами терпела твое дерьмовое поведение, ехидные комментарии и откровенное хамство. Отныне я намерена жить по своим правилам, не подстраиваясь под твои ожидания, мама. Я больше не разделяю твоих представлений о том, как должна сложиться моя жизнь. Я хочу жить своей жизнью с тем, кого люблю, и иметь собственного ребенка. Если тебе этого недостаточно, то ты знаешь, где выход. Я никогда не буду так поступать со своим ребенком и стану для него той мамой, какой ты для меня никогда не была. Спасибо, что показала мне, какой матерью быть не следует!

– Не смей так со мной разговаривать, Мэддисон.

С дрожью в руках я хлопаю по столу и поднимаюсь, а Грейсон обнимает меня за талию, помогая сохранить равновесие.

– Грейсон, пожалуйста, отвези меня домой, – говорю я, и слезы, которые я так старалась сдержать, начинают катиться по щекам.

– Конечно, детка. – Он достает из кармана бумажник и кладет на стол пачку купюр. – Этого с лихвой хватит на все, что вы пожелаете. Я предлагаю вам взять эти деньги и держаться подальше от моей семьи. Никто не смеет так обращаться с Мэдди, и я не остановлюсь ни перед чем, чтобы защитить ее и нашего ребенка. Вы уже видели, на что я способен.

Пока мама сидит и пялится на деньги, словно лишившись дара речи, Грейсон кладет руку мне на поясницу и выводит нас из ресторана.

Когда я ступаю на тротуар, мне кажется, будто цепи, сковывавшие меня на протяжении всей жизни, наконец-то сброшены. Впервые я ощущаю себя по-настоящему свободной и даю волю слезам. Грейсон притягивает меня к себе, и, прижавшись лицом к его груди, вдохнув аромат его лосьона после бритья с нотками мускуса, я нахожу утешение в этих крепких объятиях.

– Тише, солнышко, – говорит он, а я слышу, как его сердце бьется прямо возле моего уха. – Я так горжусь тобой! Ты смогла постоять за себя и наконец стать той, кем ты являешься на самом деле. Возможно, я не заслуживаю тебя и той жизни, которая у нас будет, но я благодарен тебе за все. – Его голос прерывается. – Я люблю тебя, детка, очень сильно.

Я поднимаю лицо от его груди и смотрю на него снизу вверх. Когда он встречается со мной взглядом, его глаза наполняются слезами.

– А я люблю тебя еще больше! Пожалуйста, отвези меня домой.

По пути в Ла Брассери Мэдди, не говоря ни слова, смотрит в окно. В последние несколько недель, после того как произошел неприятный инцидент с ее мамой, она была необычайно тиха. Я знаю, ссора причиняет ей боль, а ведь она заслуживает только самого лучшего. Подходящий способ вернуть ее улыбку – это дать ей то, что займет ее мысли.

Свадьбу. Нашу свадьбу.

До встречи с Мэдди я бы поклялся, что больше никогда не женюсь. Думаю, именно поэтому я старался держаться от нее подальше. В глубине души я чувствовал, она мне подходит, но после того, как Амелия и Каспер предали меня, я не хотел снова открывать свое сердце.

С тех пор как наши губы впервые соприкоснулись, я понял, что мое сердце принадлежит Мэдди и бьется только для нее. В Лондоне я заказал для нее обручальное кольцо, потому что желание жениться на ней стало для меня самым важным в жизни. Я намерен провести с этой девушкой всю оставшуюся жизнь.

Заглушив двигатель, я поворачиваюсь к Мэдди.

– Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем, что происходит в твоей хорошенькой головке, – говорю я, касаясь большим пальцем ее подбородка.

– Знаю, – вздыхает она с грустной улыбкой. – Если верить интернету, то, возможно, у меня просто гормональный сбой. Я злюсь на свою маму, но еще больше – на себя за то, что не понимала, как сильно она манипулирует мной. Мне грустно осознавать, что я потратила столько времени, пытаясь соответствовать ее искаженному восприятию жизни.

– Но сейчас ты счастлива? Я делаю тебя счастливой?

– Боже мой, Грейсон, счастлива ли я? Я никогда в жизни не была так счастлива и никогда не была так влюблена. Я даже не могу выразить, как я тебе благодарна. Без тебя у меня бы никогда не хватило сил пройти через это. – Она отстегивает ремень безопасности и перекидывает ногу через центральную консоль, усаживаясь мне на колени. – Прости, что я была такой капризной сукой, но отчасти это и твоя вина.

Она с нежностью смотрит на свой плоский живот, а я не могу дождаться, когда он округлится. Мной будто овладело какое-то первобытное чувство. Осознание того, что она носит моего ребенка, кажется мне самым прекрасным и сексуальным на свете.

– Меня не волнуют твои капризы. Ты подарила мне совершенно новую жизнь, и я очень хочу, чтобы ты была счастлива, детка. Я всегда буду делать все возможное, чтобы избавить тебя от страхов и тревог. Все будет хорошо.

Она обнимает меня, соприкасаясь своей киской с моим членом, и я чувствую, как кровь устремляется в область паха.

– Давай пойдем и поедим, а то я умираю от голода. А если ты еще раз прикоснешься к моему члену, то я в конце концов съем на ужин тебя.