Охранник, Дэйн, продолжает сверлить меня взглядом.

– Софии она нужна запуганной?

Ради любви твоих богов, est xsaya, очнись! – приказываю я.

Ловлю на другом конце связи проблеск его сознания, и тело Мемнона вроде шевелится.

– Я могу запугать ее, – мрачно говорит Дэйн.

Сибил прикрывается руками, когда он проходит мимо нее, и, клянусь, я вижу, как ногти подруги на миг удлиняются. Дэйн останавливается у круга, в котором лежит моя родственная душа, с любопытством глядит на Мемнона – и отводит ногу в тяжелом черном ботинке, словно собираясь обрушить ее на затылок колдуна.

Мемнон!

Сила выплескивается из меня, заполняя меловой круг. Дэйн бьет.

В мгновение ока Мемнон перекатывается на спину и ловит ногу Дэйна.

Рывок, хруст.

Охранник кричит и со сломанной ногой падает прямо в круг.

Один из его приятелей бросается на подмогу, но Мемнон резко поворачивает голову врага вправо…

Хруст.

Сибил кричит, когда безжизненное тело Дэйна приваливается к Мемнону, частично высовываясь из круга.

Колдун уже ворочает труп, пытаясь размазать мел, разорвать круг, но один из охранников хватает Дэйна за ноги.

Вдалеке звенит лифт, потом цокают каблуки, но я почти не обращаю на это внимания.

Я встаю, упираюсь ладонями в прозрачную стену клетки и смотрю, как моя родственная душа играет в перетягивание каната – только вместо каната у него труп.

С тобой все в порядке, est amage? – спрашивает Мемнон, и забота в его голосе никак не вяжется с тем, как он безжалостно обращается с останками Дэйна.

Теперь, когда ты очнулся, да.

Я польщен.

– Какого хрена тут происходит? – раздается голос Софии из коридора позади Мемнона. Мигом позже она входит в комнату в сопровождении еще двух охранников.

Женщина смотрит на Мемнона, на Дэйна, на мужчину, сцепившегося с колдуном из-за тела.

И вскидывает руку, направив ее на мою родственную душу.

– Спи.

Заклинание бьет колдуна в лицо, и я вскрикиваю, когда он – с закрывшимися глазами – падает, врезаясь в невидимую стену клетки.

Охранник опрокидывается навзничь вместе с безжизненным телом Дэйна.

– Чертов дурак, – шипит на него София. – Ты что, не понимаешь, что мы сцапали колдуна? Если бы я не появилась, ты бы сдох, а моя семья упустила бы шанс отомстить. – Магия рвется из нее вместе с гневом. – Убирайся к черту и отведи девчонку, – она кивает на Сибил, – в аукционный зал.

Сибил воет, и я плачу вместе с ней.

Охранник бросает Дэйна, спешит к Сибил, грубо хватает ее за руку и тащит прочь от двух оставшихся амбалов. Сибил визжит и вырывается. На миг кожа ее покрывается шерстью, но эта шерсть тут же втягивается обратно.

– Ты не обернешься, – приказывает колдунья, – и не станешь сопротивляться.

Сибил вскрикивает, по ее телу пробегает дрожь. Приказ что-то делает с ней. То, что слова Софии работают, означает одно – мою подругу снова связали.

Безнадежная ярость охватывает меня. Сибил так стремилась сбежать от этой женщины, столько для этого сделала – и ради чего? Ради двух дней свободы?

Бью кулаком по невидимой стене, глядя, как охранник уволакивает мою рыдающую подругу.

И тем привлекаю к себе внимание Софии.

– Ах да, Селена. Ты пришла. И как раз вовремя. – Она замечает, что я смотрю вслед Сибил. – О, не волнуйся за нее. Я держу слово, а я пообещала, что если ты явишься, я сохраню жизнь твоей подружке. – Она одаривает меня жестокой улыбкой. – Ну так я ее сохраню. – София поворачивается и окликает удаляющегося охранника: – Исцелите девчонку и оденьте поприличнее для аукциона. Она должна выглядеть привлекательно, а не так, словно ее растерзали волки. – София заговорщицки смотрит на меня. – Хотя я слышала, в последнее время она увлекается подобными вещами.

Сибил снова визжит, и колдунья умолкает, слушая ее крики, пока вдалеке не звенит лифт. Потом дверь кабины с шипением закрывается, заглушая звуки. Мою подругу увозят.

А София переключается на спящего Мемнона. Наклонив голову, она изучает его.

– Забавно, что человек, который убил мою… – голос Софии срывается, и она исправляется: —…убил столько наших людей, может выглядеть таким уязвимым. Жаль, неоправданная потеря, – бормочет она, кажется, больше для себя, и обращается к охраннику: – Немедленно доставьте этого колдуна к моему брату. И хотя он под воздействием сонного заклинания, будьте предельно осторожны – он может очнуться в любой момент. Не буду напоминать вам, что в последний раз, будучи не в настроении, он прикончил десятки людей.

Мемнон! – зову я. – Мемнон, проснись!

Вкладываю в приказ всю свою силу, надеясь, что связь разбудит его. Но колдун не шевелится, когда охранники, не встречая сопротивления, выволакивают его из мелового круга. Один из них, видимо, маг, потому что я вижу красно-рыжую силу, обволакивающую мою родственную душу, когда громилы подхватывают спящего колдуна под руки.