— Не думал, что лошади могут быть такими агрессивными. — Он отпускает меня.
Первым делом, я оборачиваюсь.
Животное замирает, уперев грудь в деревянную ограду, и шумно дыша.
— Похоже, он сам испугался чужаков.
— Пойдем отсюда. — Микке берет меня за руку.
— Я только за.
Мы бредем по тропинке, постоянно оборачиваясь.
Конь все еще кружит у изгороди, бросая нам вслед недобрые взгляды.
— Я чуть в штаны не наложил. — Признается вдруг парень. — Все так быстро произошло: он на дыбы, а ты рядом. Я подумал, тебе крышка, и у меня чуть сердце не остановилось.
Теперь, когда опасность позади, меня отпускает. Я начинаю смеяться — почти истерически. Микке смеется тоже, и у нас никак не получается остановиться.
— Хорошо, что не наложил. — Мой голос хрипнет от смеха. — Я бы с тобой в одной машине домой не поехала.
— Свидание закончилось бы не на той ноте, на которой предполагалось. — Отзывается Микке.
Он ускоряет ход, и я еле поспеваю за ним через небольшой перелесок.
— А как ты предполагал его закончить?
Парень берет меня за руку и тянет за собой:
— Сюда!
Мы взбираемся по покатым корням деревьев и оказываемся на той границе, где сходится черный бархат леса и каменистый берег. Нам остается лишь сбежать вниз по склону, и река будет у наших ног.
— Осторожнее, — парень заботливо придерживает меня, помогая спускаться.
— Мне вдруг сделалось не по себе. — Признаюсь я. — Где-то по лесу бродят поисковые отряды, а мы вот так запросто пришли погулять у реки.
— Ты предпочла бы рыскать с ними по лесу? — Улыбается Микке.
— Не знаю.
— Или ты боишься волков?
Я инстинктивно оглядываюсь. Тьма осталась в лесу. Здесь, на открытом пространстве, возле воды кажется, что ничто не может причинить нам вред.
— Думаешь, стоит бояться?
— Со мной — нет.
Парень спрыгивает с валуна и вытягивает руки.
— Давай.
Он такой сильный и уверенный в себе, что у меня не возникает сомнений — поймает. И я делаю шаг, которым сила притяжения отправляет меня к нему в объятия.
— Совсем пушинка. — Улыбается Микке, подхватив меня за талию.
Мы смотрим в глаза друг другу, наши лица так близко.
— Спасибо. — Выдыхаю я.
И парень ставит меня на землю.
— Почему ты живешь с тетей? — Спрашивает он, когда мы двигаемся дальше.
— Своего отца я не знаю, а мама умерла много лет назад. Я… я тогда еще только родилась.
Это не лучшее из объяснений, знаю.
— Прости. — Его голос звучит глухо.
— Ничего.
— А вообще, тебе тут нравится?
— В Реннвинде? — Я перешагиваю через камни. — Мне нравится лес.
— Тут он везде. — Соглашается парень. — Город будто прорвался из земли посреди густой чащи.
— Точно. Вот только к здешней погодке никак не привыкну. Похоже, солнцезащитный крем мне так и не понадобится.
— Нет, что ты! Летом тут бывает жарко. — Микке оборачивается, чтобы подмигнуть мне. — Целых… пару дней!
Я толкаю его в плечо и смеюсь.
Наконец, мы приближаемся к реке и садимся на гладкое, выброшенное на берег бревно.
— Можно вопрос?
— Да. — Кивает Микке.
— Кто такая Кайя? — Смущенно спрашиваю я. — Ты упоминал о ней однажды.
Взгляд Микке изучает меня.
— Это девушка, которая мне нравилась.
— Вы встречались?
Он сглатывает.
— На тот момент мне хотелось бы. — Затем трясет головой. — Но ничего такого между нами не было.
— А потом?
— Потом что-то случилось, и она заболела. С того момента я ее не видел.
— Прости. — Опускаю взгляд под ноги, где ветер играет песчинками на камнях.
— Ее брат был против наших встреч. — Говорит Микке.
— Почему?
— Наверное, потому, что она на год младше меня. — Он усмехается. — Хотя, нет. Потому, что я из простой семьи, а этот выскочка считает себя знатью.
— Бьорн?
Я чувствую, как взгляд Микке обжигает мне шею.
— Да.
— Вот откуда ваши с ним разногласия.
— Возможно. Либо мы просто органически не перевариваем друг друга.
Мы молчим несколько минут, затем я прошу:
— Спой мне.
— Я так не могу. — Хрипло отвечает парень.
— А если так? — Я отворачиваюсь.
Мы садимся спиной к спине.
— Не знаю, получится ли.
— Получится. — Заверяю. — Я уже закрыла глаза.
Микке прочищает горло, но молчит. От его спины идет тепло, я ощущаю, как тяжело он дышит.