— Но это нереально! Надеюсь, не придется общаться с легавыми? У меня на них аллергия. — Шепчет одна из девушек, когда я прохожу мимо рядов.

— Да найдется эта ваша Элла! — Бросает на стол учебники парень. — Уверен, шляется где-нибудь с очередным поклонником — дело-то молодое!

— Может, хватит уже⁈ — Рявкает на него Александр Экман.

— А что я сказал?

— Она не шлялась, — испуганно добавляет девчонка, — ей нравился Улле, они ведь встречались? Вроде? Или нет?

И напоровшись на злой взгляд Александра, она отворачивается.

Шепотки стихают.

— Можно? — Я останавливаюсь у его стола.

Экман поворачивается и смотрит на меня. Его лоб нахмурен, пальцы сжаты в кулаки, плечи напряжены.

— Что? А… Да. — Теряется он. — Садись. — Убирает тетради.

Я опускаюсь на стул рядом с ним.

В аудитории появляется преподаватель, все рассаживаются по местам.

— Тебя не вызывали на беседу? — Тихо спрашиваю я.

Александр не сразу понимает, что я обращаюсь к нему, а, поняв, нерешительно кивает.

— Я был там. — Он прочищает горло. — Они допросили меня первым делом.

— Вот как.

Мне хочется его как-то поддержать, но я не знаю, как это сделать.

— Да, — парень ковыряет пальцем заусенец, — хотели убедиться, не причастен ли я к ее пропаже.

Он облизывает пересохшие, обветренные губы, похожие на истертый наждак. Его руки мелко трясутся.

— Близкие убитых часто оказываются под подозрением.

— Вот именно. — Повернувшись ко мне, Александр зло улыбается. — Сначала я прикончил Кристину, а затем занялся Эллой! Так выходит? — Он нервно скалится. — Вчера они убеждали меня в том, что мою девушку растерзал дикий зверь, а сегодня уже подозревают в убийстве.

— Тише. — прошу я, трогая его за плечо. Парень так взвинчен, что едва не подпрыгивает на месте. — Если бы подозревали, то задержали бы.

— Но ты тоже считаешь, что ее убили? Ты сказала «убитых».

— Я… — Пожимаю плечами. — Я не знаю.

Экман проводит пальцами по волосам и шумно выдыхает.

— Они сказали мне, что, возможно, это был волк. — Он треплет зубами сухую губу, а затем продолжает тихо: — Неделю назад на окраине города он утащил в лес собаку. Хозяева нашли лишь голову, две лапы и gps-трекер. Полицейские считают, что это мог быть тот же зверь. Но как волк мог утащить в лес девушку?

Заметив укоризненный взгляд учителя, Александр выпрямляется.

— Это же волк. — Шепчу я, дождавшись, когда интерес преподавателя к нам иссякает.

— Боюсь, что с Эллой произошло то же самое. — Парень качает головой. — Она пропала, и никто ее не ищет. Нужно прочесывать лес, а они треплются здесь с учениками!

— Уверена, они знают, что делают. — Говорю я. — Наверное, как раз собирают группы для поисков.

Это не становится для него утешением.

Лена Сандберг появляется в коридоре лишь после звонка с последнего урока. Я натыкаюсь на толпу ее фанатов, когда выхожу из кабинета. Девочки окружают ее, требуя рассказать в подробностях о том, как проходил «допрос».

— Это ужасно. — Произносит она, приложив ладонь к груди. — Элла — моя лучшая подруга! Я рассказала все, что видела, и если они не найдут ее…

Девушка закатывает глаза. Неуклюже покачивается, и все бросаются, чтобы подхватить ее.

— Цирк. — Цежу я через зубы и иду прочь.

На лестнице мы сталкиваемся с Лоттой.

— Ну, наконец-то! — Девчонка заключает меня в объятия. — Нея!

— Привет. — Хлопаю ее по спине и жду, когда отцепится.

Но, отпустив, она тащит меня к узкому окну, из которого открывается вид во двор гимназии с ухоженным садом и неудобными скамейками.

— Куда ты вчера подевалась? — Лотта швыряет сумку на каменный подоконник и принимается вынимать из прически заколки и закалывать их по-другому. — Микке тебя потерял. Я-то думала, этот парень тебе нравится!

— Это долгая история. — Вздыхаю я, глядя, как она вынимает невидимки с затылка и снова вдевает их в пряди у висков. — Позвонила тетя, и мне пришлось вернуться домой.

— Мрак!

— Да уж.

— А мы та-а-ак повеселились! — Лотта едва не приплясывает на месте. — Сначала я приуныла потому, что не могла найти Улле, но потом он вернулся и…

— Что?

— И мы танцевали с ним! — Радостно визжит она. — Под ме-е-едленную мелодию, так бли-и-изко друг к другу…

— Ух ты. Круто. — Хмыкаю я.

— Еще бы! — Девчонка снова бросается меня обнимать. — Он так смотрел на меня! Так смотрел! А потом назвал… хорошенькой! Представляешь? Черт, мне кажется, я точно ему нравлюсь! Ты меня слышишь, Нея⁈

Она тормошит меня.

— Так он вроде с Эллой? Нет? — Ляпаю я.

Клянусь, не хотела портить ей настроение. Само как-то вырвалось.

Лицо Шарлотты моментально мрачнеет.