— Прости… — Искренне говорю я. — Прости! В тот момент мне казалось, что я поступаю правильно. Мне так не хотелось быть тебе обузой!

— Обузой? — Таращится Ингрид. Ее карие глаза распахиваются в удивлении. — Как ты могла так подумать? Я ведь растила тебя с самого рождения! Я люблю тебя как собственную дочь, Нея!

— Я знаю. — Всхлипываю я. — Просто мне всегда казалось, что из-за меня ты не заводишь собственную семью…

— Семью? Ты — моя семья, Нея! — Она качает головой, а затем сгребает меня в охапку. — У меня же никого кроме тебя нет, детка. Да я… я… я чуть с ума не сошла, когда прочитала твою записку! — Тетя отстраняется, чтобы наградить меня шутливо-строгим взглядом. — Клянусь, отшлепала бы твою бессовестную задницу, окажись ты рядом в тот момент — так я разозлилась! — Она шмыгает носом. — А потом испугалась, разревелась от переживаний. Не помню, как собрала все вещи и метнулась вслед за тобой!

— Я очень виновата. — Мой голос сипнет.

— Ты уже большая и сильная девочка, Нея. — Бормочет Ингрид, вытирая пальцами слезы с моего лица, а затем целует меня в обе щеки. — Но больше никогда не поступай так со мной, ладно?

— Хорошо.

— Переезд — дело серьезное, и так спешно не решается. — Она притягивает меня к своей груди, обнимает и гладит по спине. — Я же не была против, просто хотела сделать все по-человечески. Я понимаю, почему тебя тянуло на родину матери: ты ищешь ответы, и уверена, очень скоро найдешь их. Просто всему свое время, малыш. Всему свое время.

— Мне скоро восемнадцать, — шутливо протестую я. — Какой я тебе малыш?

— Для меня ты всегда останешься моей маленькой девочкой, Нея. — Улыбается Ингрид, отстраняясь и беря в ладони мое лицо. — Такая взрослая, посмотрите-ка. Сбежала в другой город — ну, кто бы мог подумать?

— Я уже прибралась в бабушкином доме и разложила свои вещи. — Гордо сообщаю я.

Тетя качает головой.

— И как там?

— Уютно и… старомодно.

— Ну, с этим мы справимся. — Она смеется. — Если ты, конечно, позволишь мне остаться? Это ведь твой дом.

— Разумеется, ты должна остаться со мной! Я больше не хочу разлучаться, Ингрид!

Тетя улыбается, и клянусь, ее улыбка сияет так, что могла бы разогнать и облака.

— Я очень переживала. — Сознается она, вздохнув.

— Прости. — Еще раз повторяю я.

Мы обнимаемся снова.

— Даже не представляю, как ты тут справилась со всем. — Шепчет тетя.

— Я поступила в гимназию Хемлиг и уже два дня посещаю занятия!

— Но как они… как они приняли тебя?

— Есть пара формальностей: ты как опекун задолжала им пару подписей, — хихикаю я, — поэтому придется зайти туда на неделе.

— Ну, это без проблем. — Понимающе кивает Ингрид.

— Спасибо!

Мы размыкаем объятия, и тетя заботливо тянется к моим волосам:

— Распусти их, Нея. — Она освобождает от резинки спутанные пряди и проводит вдоль них пальцами. — Вот так. Не прячь свою красоту. Твоя красота — твоя сила, помни это.

— Мне та-а-ак не хватало твоих наставлений! — Смеюсь я.

Ингрид поправляет мамин кулон на моей шее, затем устало улыбается:

— Пора нам с тобой выпить чаю.

Мы встаем и вместе входим в дом.

Тетя останавливается каждые два метра, чтобы поглазеть на меблировку, обои и внимательно рассмотреть каждую мелочь.

Я не в силах угадать по ее взгляду: грустно ей от нахлынувших воспоминаний или радостно, но понимаю одно — мысленно Ингрид смотрит картинки из прошлого, и они сменяются перед ее взором точно кадры старой киноленты.

— Я столько раз приходила сюда в детстве. — Наконец, произносит она, останавливаясь у камина. — С тех пор почти ничего не изменилось в этом доме.

— А что изменилось? — Интересуюсь я.

— Теперь повсюду разбросаны твои вещи, Нея. — Улыбается тетя.

Я смеюсь, и мы вместе идем на кухню.

Через несколько минут помещение наполняют ароматы трав, которые мы завариваем в прозрачном чайнике, запах подсушенного в тостере хлеба и сыра. Мы едим, болтаем, смеемся, делимся новостями, но все обрывается в один прекрасный момент, когда раздается звонок в дверь.

— Ты ждешь кого-то? — Спрашивает тетя, застывая с чашкой чая в руке.

— Нет. — Я мотаю головой.

Она встает и подходит к окну.

— Там какой-то парень. — Ингрид бросает на меня долгий испытующий взгляд. — Высокий и симпатичный.

— Микке… — Вдруг осеняет меня.

— Сколько дней ты в этом городе? Два или три? — Оборачивается тетя. — И уже обзавелась парнем?

Мои щеки вспыхивают.

— О, боже, нет! Он — просто… Мы с ним учимся вместе!

Круто, теперь у меня еще и язык заплетается!