Он мертв. Уничтожен.

И сразу становится тихо. Очень тихо.

Хельвин слезает с убитого чудища. Он тяжело дышит и глядит на нас совершенно безумными глазами, в радужках которых постепенно гаснут желтые всполохи. Затем переводит взгляд на свои руки со вздувшимися венами, покрытые ошметками костной ткани, обрывками сухой синеватой кожи и загустевшими кровяными сгустками и изумленно вздыхает — будто не понимает, откуда это все взялось.

— Что это было? — Спрашиваю я, поднимаясь с земли.

Улле ковыляет в сторону Сары. Девушка лежит под деревом, держась за кровоточащую ногу.

— Это… — Глядя на собственные дрожащие руки, тихо отвечает Хельвин.

— Это. — Говорю я, остановившись у распластанного на земле трупа.

Точнее, того, что от него осталось — дхампири буквально разорвал его на части.

— А, это. — Бьорн переводит ошалелый взгляд на груду костей. — Думаю, это драуг.

— Кто?

— Драуг. — Бьорн пошатывается. — Оживший мертвец.

— Зомби? — Я наклоняюсь, чтобы в полуночной мути разглядеть останки чудовища.

— Вроде того.

Достаю из кармана телефон, врубаю фонарик и свечу на груду костей с ошметками ссохшихся тканей — все, что осталось от долговязого монстра.

Зрелище жуткое. Черные зубы, половина из которых повылетала от ударов дхампири, размозженный череп, трухлявые кости с остатками сухой синей кожи и истлевшего мяса. Кое-где на костях и тканях виднеются лохмотья одежды, не успевшей сгнить и вывалянной в глине.

— Как ты? — Ладонь Хельвина ложится на мое плечо.

И я вздрагиваю от неожиданности.

— Черт!

— Прости. — Он отдергивает руку. — Не подумал.

Я поворачиваюсь и навожу свет фонарика на его руки. Они густо перемазаны тем, что когда-то было внутренностями и тканями драуга. Пальцы Бьорна дрожат, кончики волос впитали грязь и прилипли к шее.

— Я-то нормально. — Бормочу, ведя лучом фонарика по его груди. Рубашка разодрана и тоже перемазана грязью, а на груди, чуть ниже ключицы, свежая, кровоточащая рана. — А ты?

Парень опускает взгляд.

— Всего лишь царапина.

— Ловко ты. — Сглатываю. — Справился с ним.

— Я тебя не напугал?

— Нет. — Вру я, облизнув губы. — Но ты махал кулаками, как сошедшая с ума мельница. Рвал его на части…

Бьорн снова поднимает руки и уставляется на ладони.

— Все как в тумане.

— Видимо, генетика сделала все за тебя. Ты был… неукротим.

Его глаза вспыхивают и гаснут.

— А ты не ушиблась? — Его рука касается моей блузы, перепачканной пеплом и кровью. — Господи, Нея, где больно?

Ощупывает мои плечи.

— Это кровь той птицы, я думаю. — Отзываюсь, ощущая, что меня трясет от пережитого. — Зомби меня просто отшвырнул. Бам! — Прикладываю руки к груди. — Ну, и… — Зажмуриваюсь, восстанавливая в памяти события.

Все действительно произошло молниеносно.

— Эй! — Вопит Улле. — Сюда!

Мы с Бьорном с трудом отрываем друг от друга взгляды.

— Что такое? — Свечу фонариком туда, откуда доносится голос.

— Сара! — Кричит парень.

— Господи, да все нормально! — А это уже Сара. — Убери от меня свои клешни! Говорю же: все хорошо!

— Нет!

Мы подбегаем к ним, и от увиденного у меня подпрыгивает сердце.

— Сара! — Я подхватываю под локоть пытающуюся подняться с земли подругу.

Ульрик успевает среагировать еще быстрее меня — хватает ее под подмышки.

— А-а-а! — Взвывает девчонка, опираясь на нас. — Нога!

— Нужно опустить ее. — Громыхает голос Бьорна. — Положите, дайте, посмотрю.

Забирает у меня фонарик и направляет луч на нее.

— Осторожнее, — Улле укладывает Сару обратно на траву.

Я аккуратно отпускаю ее руку и делаю шаг назад.

Мы застываем от неожиданности, когда луч выхватывает из темноты бедро Сары. Оно сильно повреждено, кожа и мягкие ткани разодраны до подколенной ямки и залиты кровью.

— Нужно перевязать. — Ульрик спохватывается первым, снимает с себя рубашку, выворачивает, наклоняется к своей девушке.

— Что там? Что с моей ногой? — Пытается извернуться Сара и касается рукой раны. — Ай! — Ее скручивает от боли. — Что это?

— Небольшая рана. — Я помогаю Ульрику приладить ткань к ноге и перетянуть. — Крови не так уж много, так что, похоже, артерия не задета. Поверхностное повреждение.

— Нужно доставить ее в больницу. — Говорит Бьорн. — Вот дерьмо, сеть здесь не ловит!