Я еле сдержала собственный крик, потому что мне и в голову не могло прийти, что у Брэндана есть конюшня.

Хотя он король… не удивлюсь, если поброжу по лесу и обнаружу личный самолет и десять вертолетов в придачу. Он может позволить себе абсолютно все.

И он привык получать все. В том числе и женщин.

На меня глядела лошадь с черными, как смоль, глазами и с невозмутимым выражением морды, пожевывала траву.

На ферме мне доводилось ухаживать за лошадьми и даже кататься верхом. Но наши были совсем другие. Эта белоснежная кобыла с седовласой гривой явно стоила в три раза больше, чем вся наша ферма — она ухожена и начищена до блеска короткой шерсти. И таких здесь очень много.

— А ты у нас кто? — я подошла к черному коню и прочитала надпись на табличке. «Оникс». — Оникс? Красивое имя.

Я протянула руку и коснулась лба Оникса, почему-то совершенно не боясь его внушающего страх вида. Конь был явно предназначен для профессиональных скачек: издав невнятное «прр», он повернулся ко мне другой стороной, подставляя упругие бока.

— А ты мне нравишься, — рассмеялась я, встретившись с его грустными, наполненными печалью глазами. — Одиноко тебе, наверное. Как и мне…

Я вздохнула, положив голову на край бортика, который разделял меня и скакуна.

— Эй! Ты еще кто? — ворчливый голос прервал мое самобичевание.

Встрепенувшись, я отпрянула от бортика и увидела мужчину, сокрытого тенью. Сделав шаг вперед, он показал мне свое лицо.

— Я… фрейлина Ее Высочества. Заблудилась в саду, увидела это, решила зайти… посмотреть, что здесь… .

— А, — недоверчиво усмехнулся мужчина средних лет. Его шляпа почти скрывала его глаза. Длинные волосы доходили до плеч, густая и объемная борода скрывала другую половину его лица. Мужчина был облачен в рабочую одежду, слегка великоватую, под которой пряталась статная и хорошо слаженная фигура.

Он напоминал мне отшельника, но на деле это был обычный конюх. Я все никак не могла отделаться от ощущения, что где-то я его уже видела.

Может, по телевизору, а может, на каких-то снимках из газет, которые читала тогда в библиотеке… трудно было понять, потому что единственное, что на его лице можно было рассмотреть в деталях — это нос.

— Ну, и что, насмотрелась? — он сложил руки на груди, тщательно разглядывая меня. Мужчина (я решила, что ему чуть больше тридцати) явно делал это с интересом, и меня это начинало напрягать.

— Да, — я кивнула, переводя взгляд на Оникса. — Красивые лошади. Но я, пожалуй, пойду. — мне было неловко находится рядом с конюхом, несмотря на то, что он — прислуга.

— Да ладно, не спеши. Скучно иногда здесь бывает, — он вдруг улыбнулся и, подпрыгнув, сел на один из бортиков, словно обычный мальчишка. — Работаю целыми днями, кроме животных мало кого вижу. Соревнований уже давно не было. Я толком и не знаю, зачем я здесь.

Я хранила молчание, неловко пожав плечами. Что ему от меня нужно?

— Как там в замке? Ты какая-то молчаливая… принц совсем тебя запугал? — он достал из кармана яблоко и, оперевшись спиной на деревянную стену, согнул одну ногу в колене. Находясь в расслабленной позе, конюх начал подкидывать яблоко в воздух. Стоявший позади конь очень оживился при виде фрукта и я рассмеялась.

— В замке? Если бы я знала. Все совершенно секретно, — я жестом закрываю рот на замок.

— Так и знал. Ненавижу все эти приемы, народ и прочую чепуху. Городская суета тоже не по мне. Здесь… на природе, с лошадьми я чувствую себя лучше всего. Люблю одиночество.

— И я тоже, — не зная что ответить произношу я. Конечно я любила одиночество, но не сейчас, когда меня действительно не замечают. Никто. Даже Мэри.

— Родителям я не нужен, с девушкой не сошлись характерами. В общем, так и живу здесь. Но знаешь, я наслаждаюсь каждым днем. Свободой. У принца этой свободы шесть лет не было, ну ты уже, наверное, не раз видела это в новостях.

— Что видела? — спросила я, нахмурившись.

— Ну день, когда его забрали. Жуткая картина. Из его сторонников тогда даже мужики слезу пускали. Те, кто считал его незаконным — высмеивали и унижали. Это было ужасно. Разве ты не смотрела телевидение?

— Нет. Я… в моей семье это было не принято, — я не стала объяснять незнакомцу, что всю жизнь провела в изоляции. К тому же, восемь лет назад я наверняка смотрела мультики, а не зарубежные новости.

— А сейчас, все повторяется. Чувствую, скоро что-то будет, да только мне нет дела до этого. Лишь бы конюшню не трогали, все остальное — не мои проблемы. Заболтался я, наверное,… ты устала? — все так же просто и непринужденно болтал он, поедая яблоко.

Я смотрела на его бороду, невольно задаваясь вопросом сколько лет он ее отращивал. Вот уж действительно, человек — отшельник. Волк-одиночка, покинувший стаю.

— Нет, мне просто…