Диана проснулась от странного ощущения. Тёплое, чужое прикосновение скользнуло по её плечу, заставив её сердце пропустить удар. Она резко распахнула глаза, но комната утопала в густой темноте. Её дыхание участилось, и рука нащупала выключатель лампы на прикроватной тумбочке. Нажав на него, она включила свет. Её взгляд тут же упал на фигуру, стоящую рядом с кроватью. Она вскрикнула, узнав Ричарда. Его лицо выглядело пугающе спокойным, а в глазах блеснул какой-то хищный огонёк.

– Пришёл убить? – голос Дианы прозвучал хрипло, но она старалась держаться.

Ричард слегка усмехнулся, но не удостоил её ответом. Его молчание было тяжелее любых слов. Он медленно наклонился к ней, рука потянулась к её лицу. Он провёл пальцами по её щеке, но этот жест не внушал успокоения. В нём было что-то пугающе притворное, как будто он наслаждался моментом. Прежде чем Диана успела понять, что происходит, Ричард резко сорвал с неё одеяло. Она вздрогнула, осознав, что полностью обнажена перед ним. Жар стыда разлился по её телу, но она не могла пошевелиться. Её взгляд метался по комнате в поисках спасения, но она была одна, и выхода не было. Ричард, не говоря ни слова, уложил её на живот. Его движения были быстрыми и грубыми. Он сел сверху, прижав её к кровати. Диана почувствовала тяжесть его тела и поняла, что не может двигаться. Её сердце билось так громко, что казалось, будто его слышно на всю комнату. Сильные мужские руки скользнули по её спине, и она вздрогнула, когда он начал трогать её шрамы. Эти прикосновения не были нежными, как у Маркуса. Они были настойчивыми, почти изучающими. Будто Ричард пытался понять что-то, что было известно только ему. Диана не шевелилась. Она была в шоке, её разум отказывался принимать происходящее. Поясницей она почувствовала его возбуждение, и волна страха накрыла её. Она не могла даже подумать, как защититься. В горле встал ком, дыхание стало поверхностным. Но Ричард внезапно встал. Его лицо оставалось непроницаемым, а глаза – холодными. Он стоял несколько секунд, будто что-то обдумывал, а затем, не сказав ни слова, вышел из комнаты. Дверь за ним закрылась, и тишина снова окутала пространство. Диана осталась лежать на кровати, не в силах пошевелиться. Она обхватила себя руками, стараясь согреться и успокоиться. Слёзы катились по её щекам, но она не проронила ни звука. Страх и унижение не давали ей уснуть. Она пролежала так до утра, замирая от каждого шороха за дверью.

***

Утром Диана услышала, как в замке повернулся ключ, и в комнату вошли двое – крупный охранник и молодая девушка с холодным, почти равнодушным взглядом. Охранник молча положил на кровать несколько пакетов и коротко бросил:

– Собирайся.

Диана с удивлением посмотрела на пакеты, но не успела задать ни одного вопроса, как девушка жестом пригласила её следовать за собой. Неохотно Диана укуталась в одеяло, поднялась и пошла за ней в ванную. Девушка включила душ, проверяя температуру воды, а затем повернулась к Диане:

– Пройдите в душ, мне нужно вас помыть.

Это прозвучало больше как приказ, чем предложение. Диана почувствовала себя униженной, но спорить не стала. Сжав зубы, она скинула одеяло и вошла в душ. Девушка методично намыливала её тело, не говоря ни слова, будто выполняла рутинную работу. Тёплая вода текла по коже, смывая грязь, но ощущение отвращения к происходящему оставалось.

После душа девушка аккуратно завернула Диану в большое махровое полотенце, как хрупкую куклу, и усадила на стул перед зеркалом. Её движения были отточенными и механическими, словно она выполняла привычный ритуал. Сначала она нанесла на кожу Дианы крем, холодный и скользкий, равномерно распределяя его по телу. Движения её рук были быстрыми, но бездушными, как будто перед ней была лишь манекен. Затем она взялась за фен. Горячий воздух коснулся её головы, и девушка аккуратно разделяла пряди, расчёсывая их, чтобы не осталось ни единого узелка. Локоны укладывались один за другим, образуя мягкие, но объёмные волны, которые, как будто специально, подчёркивали женственность её лица. Когда волосы были уложены, незнакомка достала косметичку. Диана смотрела на своё отражение в зеркале, не шевелясь, как будто это происходило не с ней. Сначала ей нанесли лёгкую базу на лицо, сглаживая все неровности. Затем румяна, придающие её щекам свежий, почти кукольный оттенок. Глаза подчеркнули чёткими, длинными стрелками, которые вытягивали взгляд, делая его дерзким и пронзительным. Тени на веках – глубокие, с мерцанием, – добавляли драматичности, а ресницы удлинили до такой степени, что они казались нереально густыми. Наконец, на губы нанесли насыщенную красную помаду, которая выглядела слишком яркой, почти кричащей на фоне её бледной кожи. Когда всё было закончено, девушка отступила на шаг, оценивая свою работу. Диана, не отрывая взгляда от зеркала, смотрела на незнакомую женщину, которая смотрела на неё в ответ. Её лицо теперь казалось маской – вызывающей, соблазнительной, но такой далёкой от реального отражения её внутреннего состояния.

– Одевайтесь, – коротко бросила девушка, поставив перед Дианой несколько пакетов. Она даже не взглянула на неё, прежде чем молча выйти из ванной, закрыв за собой дверь.