Слёзы вырвались из-под век и стали стекать по щекам, оставляя за собой следы. Рыдания застряли на уровне груди, но я старалась сдерживать себя.

Его слова… он правда хотел этого? Или же это был всплеск, которого он будет стыдиться и ненавидеть?

Он неуверенно поднял руки, предварительно закинув пиджак на плечо, наверняка раздумывая над тем, хотела ли я, чтобы он прикасался ко мне, но отбросив все домыслы на этот счёт, обжигающе ледяные подушечки его пальцев всё-таки коснулись моего лица. Он мягко провёл ими по моим щекам, смахивая слёзы, которые не прекращали литься из глаз, но не просил меня остановиться.

Потому что знал, что я тоже хотела чувствовать. Какой бы ужасной ни была боль, мы должны были позволять себе чувствовать её. Ей не стоило копиться внутри, разрывая нас на куски.

– А что если… – прерывисто вздохнув, запнувшись, начала свой вопрос я. – Что, если случится что-то, что заставит тебя вновь захотеть избавиться от этих чувств?

Я имела право спрашивать его об этом.

Потому что вынести ещё одно расставание с ним, я не имела сил. Не после того, как он приходит за мной и говорит, что хочет, чтобы мы были связаны в каждой следующей секунде нашей жизни.

Я расслабила кулаки, в которых мяла ткань своей кофты, и положила ладони поверх его запястий, нащупывая быстрый пульс. Голубые глаза Себастьяна блестели, и, мне казалось, я видела себя в них. Как будто я по-настоящему была частью его сущности.

– Не важно, какую сильную боль, тоску или отчаяние я могу почувствовать в будущем, Джулия. Потому что, вместе с этим, моё сердце будет переполняться любовью к тебе, – прошептал он. – И это спасёт меня даже в самый тёмный день.

Я ещё крепче ухватилась за него, потому что стоять на ногах становилось всё тяжелее. Моя рана стала ныть сквозь бинты, и на секунду я испугалась, что мои швы могли разойтись.

Я хватала ртом воздух, пытаясь привести дыхание в норму, но слова, которые он говорил, не позволяли мне сделать этого.

Себастьян немного наклонился в мою сторону, сокращая сантиметры между нами, и стал говорить тише:

– Я уезжал, чтобы дать время подумать тебе. Потому что я не подарок, который ты заслуживаешь получить.

Глупости. Он говорил такие глупости!

С детства его присутствие было главным подарком на каждом моём празднике. Я всегда ждала его появления. То, что он скажет мне в честь поздравления. Как будет сидеть в одиночестве и наблюдать за всеми.

А когда выросла стала мечтать, чтобы хотя бы раз в год увидеть, как он вырос. Случайно встретиться с ним на балконе и разделить те минуты молчания, которые были только нашими. Словить его кроткую улыбку и попытаться рассмешить его.

Я просто хотела, чтобы он больше не исчезал и перестал быть призраком.

Видеть его было самым дорогим подарком, который я когда-либо получала в своей жизни.

– Мне сложно, – признался он. – Это странно. Непривычно для меня. Я всё ещё пугаюсь тому, как часто бьётся моё сердце, когда я думаю о тебе. Но я хочу чувствовать боль, выходя за порог и прощаясь с тобой на несколько часов. Чувствовать, как моё сердце тянет тело обратно к тебе, но всё же знать…

Я проморгалась, сгоняя слёзы, а Себастьян наклонил голову, проскальзывая в мою душу, не отпуская моих глаз.

– Что я всегда буду возвращаться к тебе.

Мои челюсти с силой сжались, когда я сглотнула горечь тех дней, когда не знала, что он думал обо мне.

– На моём языке это значит…

– Я люблю тебя, – закончила я.

Мужчина кивнул, соглашаясь со мной.

– Я люблю тебя, – подтвердил он. – Я люблю тебя, Джулия.

Мои зубы впились в нижнюю губу, пытаясь заставить её перестать трястись, но это совсем не помогло.

– Тогда почему ты послушался меня и ушёл?

Одна из моих рук сжалась в кулак и с силой ударила его по груди. Себастьян зашипел и поморщился, а я услышала странный звук похожий на хруст.

Что это?

Я опустила руки мужчины со своего лица и мигом принялась расстёгивать его рубашку. Мои пальцы быстро перебирали пуговицы, пока Себастьян не сопротивлялся моим действиям, словно хотел, чтобы я увидела. Когда я распахнула рубашку, мой рот открылся от удивления.