Я откинулась назад, когда проектор приступил к работе, и мы стали видеть картинку на полотне. Затем немного приподняла и наклонила голову в сторону, чтобы взглянуть на мужчину, руки которого стали зарождать трепет в моём животе.

– Надеюсь, ты не пообещал ему.

– Конечно, нет.

Прости, Доминик.

Джулия обнимала меня, сидя на моих коленях, пока мне приходилось трижды перечитывать документы, потому что её губы, незаметно для всех, касались моей пульсирующей венки на шее, заставляя меня хотеть бросить всё и отправиться вместе с ней домой.

Я просунул руку под её юбку и погладил участок шероховатой кожи на бедре.

– Я знаю, что ты не спишь, – прошептал я, не глядя на неё.

Девушка хихикнула и оставила поцелуй на моей челюсти.

– Твой брат решил пока не убивать меня, но это не значит, что он не сделает этого, если я уложу тебя прямо на этом грёбанном диване, Джулия.

Я закрыл глаза и стал представлять тошнотворные картинки в своей голове, потому что мой член твердел в штанах, а пальцы сжимали бумагу в руках, сминая её.

– Это не сработает, Себастьян, – пропустив смешок, заметив мои действия и, наверное, почувствовав выпуклость, прижимающуюся к её попке, поведала она.

– С тобой это никогда не работает, но я всё ещё пытаюсь усмирить своё желание владеть тобой каждую минуту, когда ты рядом.

Мои веки распахнулись, и я кинул документы на диван рядом, делая небольшой перерыв, в то время как Джулия положила голову на моё плечо, размеренно дыша в мою шею.

Я прошёлся взглядом по людям вокруг.

Полчаса назад мы вшестером собрались в конференц-зале, каждый занимался своим делом. Последний раз, когда мы были здесь таким составом, я только фальшиво претендовал на Джулию, сейчас же она уже официально была моим маленьким летом.

Доминик сидел в своём большом кресле в середине стола, внимательно отслеживая данные в ноутбуке и раздраженно щёлкая ручкой. А Аврора расположилась на диванчике напротив нас и, как и я, просматривала стопку бумаг, параллельно оставляя свои подписи в ней. Чёрные очки держались на кончике её носа, и она была похожа на строгую училку, которая собиралась оставить ученика в своём кабинете после занятий. Что-то мне подсказывало, что так и будет. Они с Домиником вытрахали каждый угол этого зала, и только им было позволено делать это.

Я не был расстроен. Мне нравилось водить Джулию в свой кабинет. Ей полюбился мой широкий стол.

Кристиан и Кая находились в примерно таком же положении, как и мы с женой. Девушка сидела верхом на своём муже в кресле, но я видел только её голову и слышал невнятный шепот, потому что они отвернулись от нас, скрывая себя. До этого брат вытащил нож из крепления на своей лодыжке, и я был бы не удивлён, узнав, что прямо сейчас он рассказывал Кае, как правильно пользовать им, а вскоре они бы собирались вместе кого-то убить. Я надеялся он не собирался брать её на одно из своих дел. Рассказов Авроры о пытках Лоренцо должно было хватить ей.

Кристиан лишил девственности его задницу, а я выжег глаза, слушая ублюдские крики, как успокоительную мелодию перед сном, и только после всего Доминик пустил Аврору к нам, после чего Лоренцо умер с шепотом его приёмной дочери у своего лица.

Я потянулся к своему портфелю и вытащил оттуда датированный ежедневник, в котором оставлял совсем не планы своих грядущих дней.

Джулия сердито посмотрела на меня.

– Я думала ты уделишь мне немного внимания.

Мои пальцы легли на её подбородок и сжали его.

– Даже если я занят чем-то, я не могу сконцентрироваться на этом, потому что мои мысли принадлежат тебе, Джулия.

Довольная улыбка показалась на её лице, и я наклонился вперёд, чтобы быстро поцеловать её. Мягкие губы сразу открылись, и мне пришлось сдержать стон.

Чёрт, это была очень плохая идея.

Я через силу оторвался от жены и прошептал ей:

– Хочу кое-что показать тебе.

Джулия облизнула губы, сжав свои бёдра, и кивнула мне. Я открыл блокнот и пролистал одну треть пустых листов, пока не дошёл до момента, когда стал оставлять рисунки в нём. Девушка рядом со мной хмурилась, пытаясь понять, но я собирался подсказать ей.

– Это случалось неосознанно, – объяснил я. – Когда в мои руки попадала ручка или карандаш, я делал быстрый набросок и забывал о нём. Пока не заметил, как часто стал делать это, оставляя себя здесь.

Я обвёл пальцем звездчатку.

– Встреча, сближение, – пояснил я.

Колесики стали двигаться в голове Джулии, и она восторженно приоткрыла рот, пройдясь глазами по страницам, на которых мы были, а затем переведя свой изумрудный взгляд на меня.

– Наша встреча на помолвке.

Я моргнул, соглашаясь с ней, и перешёл к вереску, нарисованному с левой стороны.

– Одиночество.