– То есть разница заключается в том, богат ты или беден?

– Не всегда, но обычно получается именно так. – Он пожал плечами. – Обычно Гнёздами управляют семьи, которые знают друг друга в течение многих поколений. Они объединяются и делятся прибылью только со своим небольшим окружением. Гнездо – это как ярлык для связанных между собой семей, живущих в одном поместье.

– А у тебя есть Гнездо?

– Да.

– Где оно находится? Какие туда входят семьи?

– Этого я тебе сказать не могу, – он рассмеялся. – Не могу и делаю это для твоей же безопасности.

– Что они держат в таких местах?

– Таких милашек, как ты, – поддразнил меня Сайлас.

– Я серьёзно.

– Я тоже. Там хранят Гостей. Обладать хорошей коллекцией – обязательное условие. – Его глаза пробежались по мне. – На самом деле, я удивлён, что до тебя не добрались раньше.

– Отвези меня в такое место – Я захлопнула книгу. – Я хочу увидеть это своими глазами.

– Куда, в Логово? – Ему показалась комичной даже сама мысль об этом.

– Да, и в Гнездо.

– Твоя нога не ступит ни в одно их этих мест. Ты слышишь меня? Забудь об этом, – предупредил он.

– Не говори со мной так, будто я маленький ребёнок. Я сама могу решать, что мне делать. – Я указала на него ручкой, в то время как пыталась зажать книгу под мышкой.

– Алина, – Сайлас схватил меня за руку. – Пообещай мне, что ты не пойдёшь туда.

Я что-то нехотя пробормотала, выдёргивая руку из его хватки.

Портовые улочки были, как обычно, мрачными и тёмными. Практически ни один день здесь не обходился без происшествий, краткие заметки о которых то и дело мелькали в ежедневных газетах. Мне показалось вполне логичным, что именно здесь должно было располагаться Логово. Это было типичное место для поиска жертв. Я уже давно подозревала, что одна из этих дыр в подворотнях могла быть именно тем местом, которое я искала. Я сузила круг поиска до близлежащих к гавани переулков, не слишком далеко от борделя.

Пусть земля вам будет пухом, ночные бабочки.

Судя по газетам, большинство тел были найдены недалеко отсюда. Никто даже не удосужился выяснить причины их смерти, так как жертвами обычно становились женщины, ведущие беспорядочную жизнь. Пока они дарили свои услуги, мужчины постоянно искали их общества, но как только с ними что-то случалось, все сразу же забывали об их существовании.

Я подошла к тому месту, где должен был находиться один из входов, а на противоположной стороне здания был другой. Снаружи маячили какие-то фигуры, которые вышли подышать свежим воздухом и покурить. Я была одета в одежду рабочего класса – простую блузку с длинными рукавами и коричневую юбку. Так как эта юбка сидела на мне чуть выше талии, снизу прекрасно просматривались мои ботинки, что было не совсем уместно в данной ситуации.

Я накрасила лаком для обуви ресницы и брови, чтобы скрыть белые волоски, которые могли бы выдать меня. Волосы я оставила распущенными. Я чувствовала себя настолько уязвимо и неловко, как если бы вышла на улицу в домашней одежде.

Пройдя мимо нескольких силуэтов, маячивших в темноте, я постучала в деревянную дверь, и она со скрипом открылась. Шум, доносившийся изнутри, заполнил переулок так же, как и тусклый красный свет.

– Что привело тебя сюда? – спросил меня хрипловатый голос.

– Я… Гость? Я Гость, – неубедительно ответила я.

– Похоже, ты не очень в этом уверена, малышка.

– Это… это мой первый раз, – я понизила голос. – Пожалуйста, впустите меня, – мой голос задрожал, когда я взглянула на фигуры, маячившие в переулке.

Дверь открылась пошире, давая мне возможность протиснуться внутрь.

– Спасибо, – вздохнула я. Напряжение вокруг меня сгущалось по мере того, как я продвигалась всё дальше и дальше. Коридор был очень узкий и тесный, в нём располагалось множество комнат, вход в которые прикрывался лишь тонкой занавеской.

Идя вперёд, я успела украдкой увидеть движение и фрагменты сцен в некоторых комнатах. В одной из них я заметила сидящую на стуле женщину, вокруг которой расположились трое, четверо или, может, пятеро мужчин, которые прижимались к ней и высасывали её кровь. В тусклом свете было трудно разглядеть детали. В других комнатах я мельком увидела нескольких человек, попыхивающих курительными трубками, вокруг которых лежали кучей тела убитых девушек. Это было гораздо хуже того, что бы я ожидала увидеть даже в борделе. Царившая тут антисанитария и невозможность заявить об этом во всеуслышание повергли меня в шок, хотя, может, меня это так ужасало лишь потому, что я сама не потребляла человеческую плоть для выживания.