То, что я знал о ней, было минимальным. Дева якобы родилась в саване богов, что было очередным бредом Вознесенных. Представители рабочего и низшего классов питали к ней симпатию, что было заметно по тому, как они говорили о ней в тех же благоговейных тонах, что и Пенс в тот вечер. И говорили, что она была доброй. Откуда они это знали, ведь им не разрешалось признавать ее, остается только догадываться. Скорее всего их верность определялась глупыми суевериями, а не чем-то основанным на реальности.

Скорее всего, Дева была столь же недостойна поддержки народа, как и Кровавая Корона, которую она представляла. Ведь, в конце концов не может быть, чтобы она не знала о том, кем на самом деле являются Вознесенные — как они появились на свет и что именно они ответственны за чудовищ, похитивших столько жизней.

Отбросив мысли о Деве, я вошел в дальний коридор общежития и повернув налево, вышел на лестницу. Я устал, но даже если бы я направился в свою комнату, я бы не лег спать. Потребовалось бы несколько часов, чтобы моя голова пришла в нужное состояние и отключилась, что обычно происходило за несколько часов до рассвета — если мне везло. Черт, я уже и не помнил, когда в последний раз спал целую ночь.

Сегодня у меня была реальная причина избегать тишины своей единственной спальни и ее голых безжизненных стен.

Я поднялся на три ступеньки гадая, чем занимается Киеран. Мы старались не пересекаться тем более, что лейтенант был у меня на хвосте и дышал в спину. С Киераном зачисленным в городскую стражу, у нас было не так уж много шансов встретиться.

У него было больше свободы передвижения, но это также означало, что он видел гораздо больше дерьма, чем я. Я знал, что он хотел бы что-то сделать, но не мог, не привлекая к себе внимания. А эксплуатация и жестокое обращение с самыми уязвимыми в Масадонии становились только хуже.

Потому-что именно так Вознесенные держали жителей Солиса в узде и не давали им задавать вопросы. Они использовали страх.

Поднявшись на третий этаж, я вышел в широкий коридор. Мне не потребовалось много времени, чтобы найти нужную комнату. Вонь гнили еще не была заметна остальным, но она стала сильнее, чем обычно. Я пошел дальше, размышляя о том, что же я тут делаю.

Проблема, назревавшая в этом здании, была не моей.

На самом деле, это было благом. Я мог идти дальше и смотреть, что из этого выйдет. И в конце концов, меньше охранников — проще. И если бы я был умен, то видел бы во всех смертных врагов, даже слабо связанных с Кровавой Короной.

Но я слышал храп, доносящийся из-за закрытых дверей, и понимал, что большинство стражников служащих Кровавой Короне, не знают ничего лучше, чем это. На этом этаже было полно невинных людей и если я ничего не предприму, то к восходу солнца половина из них будет мертва.

Или еще хуже.

Я остановился у двери и постучал по ней костяшками пальцев. Наступила тишина, затем раздалось приглушенное:

— Да?

Я взялся за ручку и повернул ее обнаружив, что она не заперта. Открыв дверь, я шагнул внутрь. Мое зрение сразу же приспособилось к узкой, тускло освещенной комнате и я обнаружил того, за кем пришел.

Джоул Крэйн сидел на краю своей кровати, которая была едва ли больше, чем разложеная раскладушка, его темные волосы свисали вперед, закрывая лицо и он держался за шею. То, как он сидел, чем-то напомнило мне моего брата после того, как он вернулся после вечера, проведенного с очень большим количеством спиртных напитков. Боль, похожая на ножевую рану, пронзила мою грудь. Наверное, дело в волосах. У брата они были чуть светлее, где-то между блондином и шатеном, но такой же длины, как у Джоула.

Мысли о брате были последним, что мне сейчас было нужно.

Я закрыл за собой дверь и оглядел комнату. Его доспехи были оставлены у входа, оружие лежало на сундуке у изножья кровати — все, кроме одного. Рядом с ним на одеяле лежал кинжал, лезвие которого при слабом освещении окрасилось в багровый цвет. Кровавый камень.

Джоул поднял голову. На лбу выступили капельки пота — признак лихорадки. Он прищурился. Под глазами, где кожа была тонкой и быстро разрушалась, уже распустились тени.

Именно это и происходило с Джоулом. Он разлагался. Гнил. Он был уже мертв.

— Флинн? — Спросил он.

Я кивнул, опираясь на стену.

— Видел, как ты вернулся из-за Вала.

— Да?

Он опустил руку на колено. Его рука дрожала.

— Решил проведать тебя и узнать, как у тебя дела.

Джоул моргнул и отвел взгляд.

— Чувствую себя просто… замечательно.

— Ты уверен в этом?

Он открыл рот, но из него вырвался лишь неровный смех.

— Тебя ведь укусили, не так ли? — Спросил я.

Он еще раз рассмеялся, но на этот раз дрожащим и резким смехом. Я ждал и не прошло много времени, как он сделал то, что нужно. Он молча поднял левую руку и засучил рукав своей туники.

Вот оно. Еще одно подтверждение того, что я уже знал.