— Действительно?

Лейла кивнула.

— Да. Я бы предпочла, чтобы кто-то признал отсутствие опыта, чем притворялся, тем самым напрасно рискуя жизнями.

— Умение полагаться на других — это сила, — добавил Рейн. — Она вселяет уверенность, а не беспокойство.

— Есть только одна вещь, которую я должна сказать. — Белль начала снова бросать свой кинжал, но остановилась, когда наконец заметила, насколько близко находится Джадис. — Меня несколько беспокоит, что из всех людей ты ведешь себя логично. — Белль убрала кинжал в ножны, послав Джадис игривый хмурый взгляд, когда девочка потянулась за клинком. — Я ожидала от тебя большего.

— Извините, что подвела вас, — сухо ответила я, взглянув на Эша. Он кивнул, чтобы я продолжала. — Никтос и я говорили о важности показать остальным, что мы будем значительно лучшими правителями, чем Колис.

— Я была бы значительно лучшим правителем, чем Колис, — вмешалась Белль. — И это еще ни о чем не говорит.

— Даккай, наверное, был бы лучше, — предположил Сайон, опираясь локтем на подлокотник кресла.

Лейла вздохнула и провела рукой по лбу. Мои губы скривились. Картина зверей размером с лошадь с безликими лицами, за исключением зияющих ртов, полных острых зубов, заполнила мой разум. Я все еще не могла поверить, что один из них сидел на возвышении у ног Колиса, перекусывая тем, что я действительно считала чьей-то бедренной костью.

Я выкинула эту картинку из головы.

— Мы хотим призвать Первозданных, за исключением Весес и Кина. Они могут катиться к черту.

Это вызвало на лице Белль дикую улыбку.

— В Царство Теней? — уточнил Сайон, и я кивнула. — Это огромный риск.

— Мы знаем. — Мое сердце подпрыгнуло, когда я заметила беспокойство на лицах некоторых из них. — Те, кто ответит на призыв, скорее всего, поддержат наши притязания на трон Илизиума.

— Но те, кто не поддерживает нас, могут послать вместо себя шпионов — богов своего Двора, — предупредил Теон.

Эш покачал головой.

— Мы не позволим ни одному богу появиться на месте их Первозданных.

Теон кивнул, выражение его лица стало задумчивым.

— Сомневаюсь, что сторонники Колиса рискнули бы разозлить его ответом, даже если бы шпионили.

— Это еще не все, — сказала я, взглянув на Эша. Его улыбка была слабой, но наполненной таким количеством тепла и гордости. Еще немного давления свалилось с моих плеч. — Разговор с ними ничего не докажет.

— Верно, — пробормотала Белль.

— Вот почему мы обсуждали изменение того, как все делается, — продолжила я. — Вместо того, чтобы один или два человека принимали все решения, каждый Первозданный будет иметь право голоса в том, что будет решено. Так что, по сути, мы сформируем совет.

Все они уставились на меня.

Я сглотнула и заставила себя не начинать пересматривать свои решения.

— У дракенов также будет право голоса. Это не только создаст своего рода сдержки и противовесы, но и у всех нас будет больше личной заинтересованности в том, что будет решено, и это не даст никому из нас иметь слишком много полномочий. — Я сделала паузу и долгий, медленный вдох. — Конечно, мы хотим в первую очередь вашей поддержки.

Несколько человек обменялись взглядами. Лейла первой нарушила тишину.

— Я думаю, призыв Первозданных — это разумно. Нам нужно знать, кто на нашей стороне, прежде чем мы что-то решим.

Рейн кивнул.

— А этот совет, о котором ты говоришь? Ничего подобного в Илизиуме не пробовали. Это что-то новое. И это должно быть очень привлекательно.

— И если Глава Двора поддержит реальные перемены, это значительно упростит контроль над Двором, — отметила Лейла.

Это возбудило мое любопытство.

— Кроме нескольких вещей, которыми поделились здесь и там, и того, что я сама подобрала, я не знаю многого о других Дворах или о том, как ими управляют. — Я сделала паузу. — Или не управляют. Но они не могут все быть плохими.

Белль фыркнула.

— По крайней мере, я на это надеюсь, — пробормотала я.

— Не все они плохие, и даже в таких Дворах, как Кина, есть очаги сообществ, чьи ценности и убеждения соответствуют общему благу, — сказал Рахар, нахмурившись. — Царство Теней — единственный Двор с одним городом.

— Но теперь это может измениться, поскольку жизнь возвращается на всю землю, за исключением Умирающего леса, — вмешался Эш.

Рахар кивнул.

— Но когда дело доходит до других Дворов, у каждого из них есть столица — крупнейший город в пределах Двора — где обычно проживает Первозданный. Например, остров Гигиея — самый густонаселенный из островов Тритона, и именно там живет Фанос. Но другие острова также населены и ими правит либо доверенный бог, либо тот, кто добился расположения, либо тот, кто устранил их конкурента.

Мои брови поползли вверх.