— Если бы я это сделала, это было бы совсем другое безрассудство.

— Не хочу показаться повторяющимся, но неважно, было ли это безрассудством или нет. Ты — Королева. Если ты хочешь разбудить всех погребенных богов, это твоя прерогатива.

— Точно так же, как и то, что Колис решил сделать, было его делом? — возразила я. — Он имел право делать много ужасных вещей, просто потому что он был королем.

Эш накрутил мои волосы на палец и сказал: — А то, что он был королем, делало ли это то, что он делал, правильным?

— Очевидно, нет.

Он смотрел на меня, ожидая…

— Что? Почему ты…? — И тут меня осенило. Закатив глаза, я вздохнула. Учитывая, что я пережила с всадниками, мне следовало бы понять это гораздо раньше. — Я не сделала этого, потому что знала, что это неправильно, хотя на самом деле так и казалось.

— Рад, что ты это поняла. — Он потянул за прядь. — Я уже начал волноваться.

— Заткнись. — Я перевела взгляд на Ривера, когда он издал низкий фыркающий звук. — Твой смех только поощряет его глупости.

Ривер прижался головой к моей ноге.

— Я поняла, о чем ты говоришь, — сказала я. — Но мне кажется, ты все время что-то забываешь.

Бровь приподнялась.

— Это так?

— Ты мой Король — Король. Я так постановила. Это значит, что не только я принимаю решения. У меня нет верховной власти или чего-то в этом роде.

— Совершенно верно, — его серебряные глаза замерцали.

— Я начинаю думать, что ты не забыл этого и просто хотел услышать, как я называю тебя моим королем.

Уголок его губ приподнялся.

— Может быть.

— Ты смешон.

— До смешного влюблен в тебя.

Мое сердце будто утроилось в размере, и мне так хотелось показать ему словами, своим телом и даже языком, как сильно я его люблю. Желание сделать это было сильным, но я должна была быть сильнее. Ответственнее. И я не хотела травмировать бедного Ривера.

— Как ты думаешь, некоторые из погребенных богов изменили свое мнение? Или ты просто пытался что-то сказать? — спросила я.

— Не все погребенные боги совершили непростительные преступления, Сера. Некоторые сделали плохой выбор. Некоторые действовали по приказу Колиса, потому что у них не было выбора. — Глаза слабо светились эфиром, и мне вспомнилось, как Аттес утверждал почти то же самое. — Некоторые, вероятно, были гораздо менее виновны, чем я, учитывая преступления, которые я совершил.

Мое сердце сжалось, когда я прошептала:

— Как что?

Его пальцы замерли.

— Колис тебе не сказал?

Я покачала головой.

— Он ничего мне о тебе не рассказывал, и это правда.

Эш молчал несколько мгновений, а затем отпустил мои волосы. Я не удивилась, что он не стал вдаваться в подробности, но я была разочарована. Он никогда не вдавался в подробности того, что он сделал. Все, что я знала, узнала от других. Но как я могла держать на него обиду, если я тоже не делилась с ним всем?

Я не могла.

— Не могу поверить, насколько по-другому выглядит Царство Теней, — заметил Эш, подходя к перилам. — Это чудо.

Так оно и было.

— Как ты думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем вся трава снова вырастет?

— Не уверен. Может быть, дни. Может быть, даже недели, — сказал он. — Если реки вернутся, это произойдет быстрее.

— Я полагаю, что для этого потребуется довольно значительное количество осадков. — С прибытием в Лету все большего количества богов я не была уверена, что у нас есть время, чтобы позволить природе идти своим чередом. Меня охватило что-то похожее на беспокойство. — Несколько осадков.

Эш издал звук согласия.

— И кто знает, когда это случится? Если только в Царстве Теней не было дождливого времени года, и мы собираемся в него войти.

— У нас был один, но этот сезон наступит через несколько месяцев, — сказал он, мельком оглянувшись через плечо. — Мы вторгнемся в зиму.

Погладив Ривера по голове, я вспомнила, что он говорил о том, что когда-то зимы были полны снега, и хотя это помогло бы заполнить высохшие русла рек, я сомневалась, что этого будет достаточно. Плюс, трава, скорее всего, снова умрет к тому времени, на этот раз естественным образом. Это означало, что нам оставалось несколько месяцев до того, как Царство Теней действительно оживут.

Меня переполняло разочарование, хотя были и более важные вещи, о которых стоило беспокоиться. Но видеть, как жизнь возвращается в Царство Теней, было не менее важно. Столько всего могло произойти между этим моментом и тем моментом. Не было никакой гарантии, что кто-то из нас будет в нужном состоянии ума, чтобы насладиться чудом возвращения жизни. Моя грудь сжалась. Боги, не было никакой гарантии, что кто-то из тех, кто живет в Царстве Теней, вообще будет здесь.