— Он даже чувствовал радость. Но он чувствовал только долг перед остальными. Единственная магия, которая была задействована, заключалась в том, что Каллум сохранил что-то похожее на душу. — Мои брови нахмурились. — Но творение — это отражение того, кем и чем мы являемся. Зеркало всех наших лучших и худших черт. Каллум — это отголосок того, кем они с Колисом когда-то были. Но другие Ревенанты?

— Они — отголосок того, кем Колис является сегодня, — предположил Эш, мускул на его челюсти дернулся. — И, по сути, неуязвимы. Но что насчет Каллума? Разве его не должно быть легче убить, если у него есть что-то похожее на душу?

— Можно подумать, но, учитывая, как часто я видела, как он умирал, а потом возвращался к жизни? Даже после того, как я устроила ему настоящую вечеринку? — Удовлетворение, которое пришло, когда Каллум стер самодовольное выражение с лица, было кратковременным. — Я бы сказала нет.

Эш отвел взгляд, когда он потянулся через стол, чтобы взять бутылку вина. Он вытащил пробку и налил себе бокал, а затем перевернул пустой бокал, чтобы налить еще один.

— Я хочу спросить тебя кое о чем.

— Хорошо.

Он поставил бокал рядом с моей тарелкой.

— Когда меня держали в Карцерах, — начал он, говоря о горах к западу от Далоса, — я то приходил в сознание, то терял его. Колис всегда успевал быть рядом, когда я бодрствовал. — Он перевел взгляд на бокал, который держал. — Он любил поговорить.

У меня пересохло в горле.

— Он сказал, что ты пыталась сбежать.

Опустив руки на колени, я кивнула.

— Да. Вот тогда-то я и облажалась с Каллумом.

— Как Колис с этим справился?

— Удивительно хорошо, — сказала я. — Он на самом деле не казался таким уж сумасшедшим.

Голова Эша медленно повернулась ко мне.

— Я знаю. Это звучит невероятно, но он… он так сильно хотел поверить, что я Сотория. — Я откинула голову назад. Свет лампы от люстры мягко светился, когда я смотрела на него. — Я думаю, это держало его в узде.

— Большую часть времени.

Я напряглась, ненадолго прикрыв глаза. Эш, вероятно, говорил о синяках, которые он видел, когда мы ходили во снах друг друга, но мои мысли вернулись к наказанию Колиса за то, что я попыталась вмешаться в защиту Весес.

На кратчайшую секунду я почти почувствовала, как мышцы моих рук невыносимо растянулись.

Я открыла глаза.

— Синяки, которые ты видел, когда мы общались во сне, появились после того, как он отвел меня в Гигиею и призвал Фаноса… — Я прерывисто вздохнула, увидев нежелание в глазах Первозданного Бога Неба, Морей, Земли и Ветра, мелькнувших передо мной. Мое горло сжалось. — И после того, как сирены передали мне свою сущность. Я увидела свой шанс убить Колиса — или то, что я считала своим шансом. Я схватила клинок из теневого камня и ударила его.

— Боги, — Эш провел другой рукой по подбородку.

— Это был не очень продуманный план. Его реакция была мгновенной. Я не думаю, что он даже хотел меня ударить…

— Ты ударила меня ножом, а я тебя не ударил, Сера.

— Я знаю. — Я посмотрела на него прямо, думая, что, скорее всего, не стала бы винить Эша, если бы он как-то отреагировал, чтобы защитить себя. В конце концов, я ударила его ножом в грудь. Буквально. Я бы поступила гораздо хуже, если бы это была я… и я бы выжила. — Я не оправдываю это. Я просто объясняю, что он лучше контролирует свой нрав, чем то, что из него сделано.

— Он обладал этим контролем из-за того, что ты для него значишь, — выпалил Эш. — Ты увидела ту его сторону, которую никто другой не видел, по крайней мере, за всю мою жизнь.

Я сглотнула, когда тошнота подступила к горлу. Между моим желудком и темной энергией, вытекающей из Эша и заряжающей воздух вокруг меня, мне действительно нужно было добраться до сути того, почему я подняла эту тему, прежде чем меня вырвет на стол.

— Я просто хочу сказать, что это вызвало синяки. И даже тогда это было все. — Но на самом деле это было не так. Он использовал принуждение, убедившись, что я веду себя хорошо, и могла только стоять там, пока…

Неа.

Я туда не пошла.

Чувствуя на себе взгляд Эша, я заставила свои мысли уйти от этого.

— Этого не произошло, когда я пыталась сбежать после того, как он вернул меня в Далос. Все, что он сделал, это прочитал мне лекцию. А теперь я думаю, это потому, что мои действия напомнили ему о Сотории. Вся эта история с попыткой сбежать от него. Насколько это плохо?

— Нет слов, чтобы описать, насколько это ужасно.

Он был так прав.

— Когда мы были на пляже в Гигиеи, я увидела, как он на самом деле выглядит — его Первозданную форму. — Крошечные мурашки побежали по коже, когда тусклый блеск костлявого лица Колиса появился в моем сознании. — Я увидела настоящую Смерть.

Эш замер, его лицо было лишено каких-либо эмоций. Я считала. Прошло шесть секунд, прежде чем он снова заговорил.

— Когда мы говорили раньше, ты сказала, что он заставил тебя носить открытую одежду?

— Ага.

Эти завидные ресницы опустились и поднялись. Эфир, прочерчивающий его радужные оболочки, стал ярче.

— Что еще он заставил тебя сделать?

ГЛАВА 6