Я застыла на месте, когда одна из фигур подлетела ближе, двигаясь так же быстро, как дракен. Я разглядела размах крыльев, превышающий размах крыльев Ривера.

— Что за…?

В мгновение ока что-то налетело на ближайшего к дороге охранника. В поле зрения попали когти, ноги с темными перьями, длинные, растрепанные волосы и.… тело, смутно напоминающее смертное. Существо вонзило когти в спину человека. Стражник издал болезненный, влажный звук, когда его подняло в воздух и понесло над двором, все это время он бился и кричал.

Тварь уронила охранника.

Рефлекторно я бросилась к перилам и проследила за стремительным падением охранника. От тяжелого удара тела о землю у меня свело живот. Сердце заколотилось. Охранник, должно быть, был богочеловеком, потому что в моих ладонях вспыхнуло тепло, когда слишком знакомое желание вмешаться нахлынуло на меня.

Мои руки сжались в кулаки, когда тварь взлетела вверх, издавая скрежещущий треск.

Но я осталась стоять на месте, глядя на лежащего на земле охранника, и напоминала себе, что не могу вмешаться. Не могу. Я заставила себя отвести взгляд, но тут что-то произошло.

От стражника исходило мерцание света, образуя небольшую сферу мягко светящегося золотистого света. Что происходит? Кожа на моей шее защекоталась, когда маленький шарик света поднялся на несколько футов, а затем исчез. Инстинкт подсказывал мне, что на самом деле свет не исчез.

Он лишь переместился к Столбам, где снова примет форму человека.

Я никогда не видела ничего подобного, но слышала, как это называется здесь и во всех других мирах — даже за Первозданной Завесой. Это был дух человека. Их внутреннее сознание. Психика. Сущность. Душа.

Наконец-то я увидела то, что всегда чувствовала после смерти. Отделение души от тела.

— На землю! — крикнул стражник с дальнего конца Вала. — Все!

Я вскинула голову. Сейчас было не время отвлекаться на то, что я увидела. Я знала, что это за существо. Я видела их после того, как побывала с всадниками. Это были Секии, а им не разрешалось покидать…

Покидать Бездну.

Черт.

Именно это я почувствовала, когда проснулась. Именно они были источником беспорядков, которые в конце концов почувствовал Эш. Ни одна душа не пыталась избежать последствий своих преступлений. Наоборот, они сами несли наказание.

Секии летели к дворцу, а остальные приближались, их крики нарастали вместе с моей яростью.

Стражники заполонили двор, один из них крикнул голосом, в котором я узнала голос Карса.

— Убирайтесь с Вала! Сейчас же! Уходите! Уходите!

Мое сердце заколотилось, когда стражники на Валу побежали к ближайшим ступеням, разбегаясь в разные стороны, но я знала — боги, я знала, что они не успеют. Секии были слишком быстры, и неважно, как они назывались, потому что существовали правила…

Правила, которые не имели ничего общего с эйрини и были частью всей той информации, которой меня снабдили во время Вознесения. Их было так много, черт возьми, но только одно было важно для меня в данный момент.

Секии не должны были нападать на живых — будь то Первозданные, боги, смертные или что-то среднее между ними.

Но, как и в случае с даккаем, их можно было контролировать лишь до определенного предела.

Несколько из них достигли Вала, преследуя стоявших там стражников. Половина из них упала с неба, когда первый, сложив крылья, пикировал прямо на стражников во внутреннем дворе.

Крик охранника Вала оборвался. Осознание смерти давило на меня, когда на землю падали куски. Куски того, что осталось от стражника.

Карс метнул кинжал из камня теней, поразив секию в грудь. Она издала вопль боли и сложила крылья, отброшенная назад. По спирали она упала на твердую землю. Я не почувствовала ее смерти и не увидела ее душу.

Но остальные повторили ее крик. Вся эта чертова куча свернула в сторону, следуя за теми, кто целился во дворец.

Вспышка интенсивного серебра прорезала темноту двора — стрела из чистой Первозданной сущности. Моя голова дернулась влево.

Пробежав через двор, Белль запрыгнула на валун, и ее коса длиной до плеч ударилась о округлую щеку. Она присела, вытянув одну руку, в которой держала лук, сделанный из трещащей сущности.

— Какая гадость… — она натянула тетиву из эфира и выпустила очередную стрелу. — Ублюдки.

Я бы рассмеялась, но видела, что нас слишком мало — даже с появлением Белль. Я почувствовала еще одну смерть. С каждым ударом, нанесенным по Секии, с неба спускалась другая, еще более разъяренная, чем прежде.

Я должна была что-то предпринять. Если я не сделаю этого, двор будет усеян кусочками тел. Возможно, даже Первозданными. Я повернулась к дверям спальни, как раз в тот момент, когда в моей груди раздался сильный толчок эфира. Вопль боли остановил меня, и меня охватил гнев.

Времени не было.