— Что нам нужно иметь в виду, так это то, что Фанос сейчас может встать на сторону Колиса, но у тебя еще будет шанс чтобы убедить его в обратном, — напомнил Аттес. — У вас обоих будет, когда закончится эйрини.

Я медленно кивнула.

— Ты прав. — Я встретилась взглядом с Эшем. — У нас будет.

Потому что мы должны были.

У Фаноса была вторая по численности армия, и если дело дойдет до войны, он будет нужен нам на нашей стороне.

Я уставилась на маленький овальный обеденный стол, который принесли в кабинет Эша, пока ждала прихода Нектаса. Аттес услышал голос Лейлы и убежал.

На столе лежало несколько бухгалтерских книг и кувшин с водой.

Нервная энергия переполняла меня, мешая сосредоточиться на чем-то одном.

Через несколько часов я увижу Эзру и Марисоль. Возможно, даже свою маму.

Волнение и тревога смешались воедино. Как бы они отреагировали, увидев меня, когда, благодаря моим глазам и клыкам, я не смогла бы скрыть, что изменилась? И должна ли я поделиться с ними тем, кем я стала? Я знала, что могла бы, если бы захотела, но я не хотела, чтобы они воспринимали меня по — другому — ну, в большей степени, чем они, вероятно, уже воспринимают.

Эш поднял взгляд от своего места за столом.

— Что у тебя на уме?

— Ничего.

Наклонив голову, он перевел взгляд обратно на пергамент.

— Ты уверена в этом?

Я кивнула.

— Я чувствую, что у нас вот-вот повторится вчерашняя ночь, — заметил он.

— Какая часть прошлой ночи?

Взгляд Эша метнулся вверх, снова встретившись с моим.

— И та, и другая.

По моей крови разлился жар, когда мои мысли перешли от разговоров прошлой ночью к тому, чтобы трахать меня, пока я не засну.

Эш начал опускать пергамент, когда до меня донесся его цитрусовый аромат.

Напомнив себе, что Нектас скоро появится, я заставила себя думать о более подходящих вещах. Как только моя кровь остыла, я снова сосредоточилась на своих уроках.

— Черт. — Голова Эша дернулась назад. — Я забыл.

— Что забыл? — Любопытство взыграло, когда Эш не ответил, а вместо этого встал и повернулся к шкафчику. Когда он повернулся ко мне, в его руках была тонкая черная коробочка, которую я видела ранее.

Он сел рядом со мной.

— Не могу поверить, что я забыл об этом. — Он протянул мне коробочку. — Это для тебя.

Я взяла ее. Тяжесть сразу показалась мне знакомой. Все было как обычно, за исключением того, что в первый раз ее доставлял Эктор. Я перевела взгляд на Эша, и мое сердце замерло.

— Открой ее, — настаивал он.

Я раздвинула ноги и провела большим пальцем по гладкому дереву. Медленно я раскрыла ее.

Легкая дрожь пробежала по моей руке, когда я уставилась на потрясающий кинжал, завернутый в ту же кремовую ткань. В чем-то он был красивее предыдущего, который он мне подарил. Рукоять была сделана из такого же легкого белого материала, но на этом сходство заканчивалось На навершии была вырезана полная луна, а на рукояти были выгравированы серебряные языки пламени. На поперечной гарде был вырезан тот же узор из вьющихся виноградных лоз, что и на дверях трона.

Не говоря ни слова, я схватилась за рукоять и начала вытаскивать меч из черных ножен.

— Осторожнее с лезвием, — предупредил Эш.

Как только я увидела его, я все поняла. Мои губы приоткрылись. Это был не кинжал из теневого камня. Лезвие было тонким и матово-белым, заостренным до острого, смертоносного острия.

— Он сделан из кости древнего? — Прошептала я охрипшим голосом.

— Да.

Я сглотнула, но в горле все равно образовался комок.

— Как?..

— Аттес отколол его от своего костяного копья, — сказал он. — И да, он согласился сделать его без того, чтобы мне пришлось его бить.

У меня вырвался дрожащий смешок, когда я посмотрела на кинжал. Лезвие не было обнажено. На кости было тщательно вырезано изображение волка с открытой пастью, скалящего зубы и выдыхающего пламя, с тщательным вниманием к деталям в каждом штрихе шерсти и изгибе уха.

— Он… он сделал его? — Спросила я, и изображение расплылось.

— Сделал, — сказал Эш. — Резьба и все такое. Я спросил его, может ли он его сделать, когда он был здесь в последний раз.

Удивление наполнило меня, и я покачала головой.

— Ничего себе.

Он поймал выбившийся локон и заправил его мне за ухо.

— Я подумал, что этот будет более индивидуальным и символичным. — Его пальцы на мгновение задержались, а затем скользнули вниз по моей руке. — Ты та рука, которая владеет клинком.

У меня перехватило дыхание.

— Серебристый зверь, из пасти которого сочится кровь…

— Купающийся в пламени ярчайшей луны, — закончил он, слегка наклонив голову. — С тобой все в порядке?

Сделав глубокий вдох, я несколько раз моргнула.