— Ты недостаточно думаешь, но при этом слишком много думаешь. Ты можешь мгновенно переключиться с радости на ярость. Единственное, что в тебе предсказуемо, — это то, что ты непредсказуема.

Наши взгляды встретились. Шелковистые нити силы в ее голосе и кружащиеся пряди ветра завораживали.

— Но ты верная и преданная своему делу. Заботливая. У тебя четкое представление о том, что неправильно, а что правильно, даже если ты действуешь посередине. — Белль моргнула, и свет померк. Когда она заговорила снова, отростки силы исчезли. — Твоя натура противоречит самой себе. В ней есть доля абсурда, как и в моей, включая умение работать с бедными людьми. — Она подмигнула, прежде чем укусить Айос за шею, заставив богиню пискнуть. — Но, как я уже говорила, у тебя сейчас слишком много проблем.

Честно говоря, я понятия не имела, что на это ответить. То, что она сказала, было действительно в точку, но по какой-то причине мне стало не по себе от того, что она почувствовала. Она пропустила прилагательное в своем длинном списке. Чудовищная. Но, возможно, это была та часть, которую я держала на привязи И если это так, разве это не должно сделать меня счастливой? Мне следовало бы быть менее импульсивной, или, по словам Белль, менее склонной к абсурду, чем я сама.

Я остановила себя.

— Почему я вообще стою здесь и говорю об этом с тобой?

— Я задавалась тем же вопросом, — сказала Белль.

— Боги, ты раздражаешь. — Я улыбнулась Айос. — А ты нет.

Богиня усмехнулась.

— Не за что, кстати, — крикнула Белль. — Ты больше не выглядишь полумертвой.

Я отмахнулась от нее и прошла мимо пустого пьедестала — мне действительно нужно было что-нибудь на него положить.

Не обращая внимания на смех Первозданной, я пошла дальше по коридору. Мой желудок перестал переворачиваться. Возможно, язвительное отношение Белль странным образом подействовало на меня успокаивающе.

Двери в кабинет Эша были открыты, и мой взгляд, как всегда, сразу же встретился с его взглядом. Он сидел, положив ноги в ботинках на край стола и положив одну руку на темную поверхность. Длинные пальцы медленно постукивали по нему, а глаза слегка сузились. Я надеялась, что больше не выгляжу бледной, или, по словам Белль, не похожей на мертвеца.

Отведя взгляд от Эша, я осмотрела кабинет. Вещи, которые я заказала накануне, теперь занимали часть пространства. Напротив дивана стояли два голубовато-серых стула, и Сайон уселся на один из них. Но это было еще не все. Между стульями был установлен еще один столик, на этот раз круглый. И это были не единственные новшества. За диваном, на котором сидел Рейн, был принесен столик. На узкой подставке стояли два кувшина и несколько бокалов.

Проходя через альков с колоннами, я одними губами поблагодарила Рейна. Он быстро кивнул мне в ответ, когда Эш поманил меня к себе согнутым пальцем.

Я обошла стол и заметила на тумбочке изящную черную коробочку длиной почти с мое предплечье.

— Аттес сказал, что хочет поделиться новостями. — Эш опустил вторую ногу на пол и взял меня за руку. Он потянул меня вниз, пока я не устроилась у него на коленях. — Мы ждали, что ты присоединишься к нам.

В животе у меня что-то екнуло, и эта реакция не имела ничего общего с недавней тошнотой. Тем не менее, я глубоко вдохнула. Меня окружали свежие цитрусовые и чистый воздух, а не удушливый запах сирени.

Эш наклонился ко мне и тихо заговорил, в то время как Рейн поднялся, взял кувшин с подставки и налил два стакана воды.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

Итак, я все еще выглядела так, словно смерть согрелась. — отлично.

Вздохнув, я кивнула.

Он поцеловал меня в висок, прежде чем отклониться назад и переключить свое внимание на Аттеса.

— Какие у тебя новости? — Спросил Эш, положив руку мне на бедро.

— У меня все еще есть свои люди в Далосе, — начал Аттес. — И я знаю, что Колиса не так часто видели при дворе, как обычно.

У Аттеса все еще был шпион в Далосе? Это был не Элиас, который стал одним из доверенных охранников Колиса. Теперь он был при дворе Аттеса. Итак, кто это был?

Кожу под моим левым ухом защипало, и в моем сознании возник образ богини с длинными темными волосами и роскошной смуглой кожей.

— Даметрия.

Аттес напрягся.

— Как ты…? — Его плечи расслабились. — Вадентия.

Я кивнула.

— Я ненадолго познакомилась с ней и подумала, что она ведет себя не так, как другие боги, посещавшие Колиса. Она не… — Я замолчала, когда на меня нахлынули воспоминания о том, как Колис выставила меня напоказ. Я не хотела думать ни о чем из этого. Мне и не нужно было.

— Что она не сделала? — тихо спросил Эш.

— Она не вела себя как дура, — сказала я ему, что было правдой. — Там она в безопасности?

— На данный момент, — сказал Аттес. Это было не совсем обнадеживающе. — Ходят слухи, что его любимый золотой идиот, наряду с Варусом, создает ему помехи.