Я остановилась так резко, что чуть не потеряла равновесие, мое тело обдало холодом, а затем обожгло докрасна. Что-то было не так с моими ушами, потому что я никак не могла слышать этого имени. Она ни за что не пришла бы сюда.

Я бы предпочла убить Кина, а не ее.

— Я хочу увидеть Никтоса.

При звуке знойного, скрипучего голоса все мои сдерживающие способности улетучились.

Мир вокруг меня расплылся в золотой и серебряной дымке, когда я направилась вниз по склону, двигаясь так быстро, что в конце концов наткнулась на зубчатую стену.

Рейн от неожиданности отшатнулся в сторону.

— Судьба, — пробормотал он.

Когда я подошла к выступу, в поле моего зрения появилась Первозданная богиня Обрядов и Процветания.

Весес стояла внизу, запрокинув голову, и ее длинные светлые локоны каскадом падали вниз. Золотистый солнечный свет только подчеркивал красоту ее тонких черт.

— Ты не Никтос, — заявила Весес.

— Ни черта себе. — Я прижала ладони к выступу, позволяя теплу камня проникнуть в меня, когда увидела глубокую тень, скользящую сквозь рассеянные над дорогой облака. Тогда меня поразило, что Весес не могла почувствовать, что Эша нет во дворце. Я мысленно перебирала разные случаи, когда Эш чувствовал прибытие другого Первозданного. Он понял это в тот момент, когда они вошли в Царство Теней. Либо это означало, что Эш был могущественнее Весес, несмотря на то, что она была значительно старше, либо мое присутствие каким-то образом препятствовало этому. У меня не было времени на то, чтобы прислушаться к своей интуиции, когда я уставилась на Первозданную богиню. — Ты, должно быть, не в своем уме, если пришла сюда, Весес.

Ее полные губы, накрашенные в тон малиновому платью, поджались.

— Что? — Я бросил вызов. — Только без язвительных замечаний?

— Сера, — тихо предупредил Рейн. Затем он заговорил громче, обращаясь к Весес. — Чего ты хочешь?

— Я уже говорил тебе. — Ее подбородок приподнялся, и мои мышцы напряглись. — Я здесь из-за Никтоса.

Я слышу, как она повторяет это дважды? Когда все, что я видела, это как она сидит на коленях у Эша и кормится от него? Использовала его? Ярость овладела мной. Я перенесла вес тела вперед и подтянула ноги. Рейн выругался, и я почувствовала, как его пальцы коснулись моей руки, но теперь я была очень быстрой.

Я спрыгнула со стены холма. Прохладный воздух достиг меня, обдувая рукава блузки. Лишь на несколько мгновений я ощутила невесомость, когда навстречу мне понеслась твердая земля.

Инстинкт взял верх. Мое тело расслабилось, даже колени подогнулись. Я приземлилась, расставив ноги на ширину плеч, и присела на корточки, когда резкий удар прошел по позвоночнику. Воздух вырвался из моих легких. Тупая боль вспыхнула в бедрах, но быстро прошла. Когда я выпрямилась, мой взгляд встретился с взглядом Весес.

Ее глаза расширились на долю секунды, затем выражение ее лица сменилось вежливым безразличием.

— Впечатляюще, — промурлыкала она.

Я ухмыльнулась.

— Я знаю.

Большая тень отделилась от быстро сгущающихся облаков, ее распростертые крылья отбрасывали зловещий силуэт на дорогу, ведущую к холму.

Несколько стражников бросились врассыпную, когда дракен цвета оникса приземлился рядом со мной, острые, как мечи, когти Итона вонзились в недавно выросшую траву у дороги. Его длинный извилистый хвост изогнулся, хлестнув по грязи и камням, когда он вытянул свою толстую шею мимо меня. Его рогатая голова была всего в нескольких футах от Весес, когда он издал сотрясающий все тело рев, обнажив большие, ломающие кости зубы. Искры серебряного огня заплясали в пространстве между ним и Первозданной богиней.

Ее грудь резко вздымалась, натягивая тонкую ткань платья, когда в зрачках запульсировал огонь.

— Тебе здесь не рады, — сказала я ей.

Она опустила взгляд, скользнув по жилету и брюкам, которые были на мне. Уголок ее губ скривился в отвращении.

— Никтос принимал меня здесь много-много раз в прошлом.

Я шагнула вперед, улыбаясь, когда она отступила.

— Ключевые слова остались в прошлом.

Она фыркнула.

— Это может измениться, особенно когда Никтос устанет.

— Этого не произойдет, — оборвала я ее. — Я знаю, тебе это кажется странным, потому что ты понятия не имеешь, каково это, когда тебя кто-то любит.

Ее губы сжались, а эфир ярко запульсировал, доказывая, что я задела за живое своей, по общему признанию, неприятной колкостью.

Но черт с ней.

Серьезно.

— Знаешь, что я знаю? — Выражение лица Весес разгладилось.

— Не могу дождаться, чтобы услышать это.

Она улыбнулась.

— Я знаю, как непостоянно сердце.

— Это должно тебе о чем-то сказать, не так ли? Что ты знаешь о переменчивом сердце? — Я вздохнула. — Боги, мне действительно жаль тебя, Весес.